Русское воскрешение Мэрилин Монро. На 2 языках

He was colleague of ours working in this office.”

“Striking resemblance.”

“By the looks he could be taken for a twin, you know, and he idolized the great poet, too. Of course, he also wrote verses.”

“He played this role too true. But why put the neck into the noose!”

Я вспомнил, что после самоубийства поэта Сергея Есенина девяносто лет назад, за ним в петлю полезли десятки его почитателей, – как бы их сегодня назвали, «фанатов». Возможно, и этот был из тех же, только очень запоздалый. И внешне неотличимый.

– Похоже на самоубийство, – сказал я, так и не повернувшись к Фомину.

– Следователь сказал то же самое.

– Вы думаете иначе?

– Я хотел бы услышать сначала ваше квалифицированное мнение.

– Когда его нашли?

– Утром. Нашли сотрудники. Висел на крюке от люстры. На этом кабеле. Следователь сказал, что по всем признакам, он провисел всю ночь.

– Тело сняли следователи?

– Да. Но я сделал утром несколько фотоснимков перед этим. Взгляните. – Он вынул из кармана маленькую цифровую камеру и протянул ее мне.

After poet’s suicide almost hundred years ago dozens of his admirers did the just same, in the same manner – his fans, as they could be called today. Perhaps this case was of this kind, very belated, but outwardly indistinguishable.

“It looks like suicide,” I said, with my back to Fomin.

“Police investigator said the same thing.”

“Do you think otherwise?”

“I would like to hear your expert opinion.”

“When was he found?”

“Early in the morning.

Colleagues found him hanging on a hook from a ceiling chandelier with his neck in this cable-noose. The police said he probably hung there all night.”

“Who removed the body? Police?”

“Yes. I managed to take some photos before that, though. Take a look.” He got out from his pocket a small digital camera and handed to me.

Один за другим я просмотрел внимательно все пять снимков, сделанных с разных сторон. Висящее на крюке худое тело, шея неестественно вытянута, глаза полуоткрыты.

Я попробовал на этих снимках увеличить зумом изображение шеи. Затяжка петли могла что-нибудь прояснить. Чужая рука затягивает петлю резко и сильно, со злобой. Своя – всегда робко, страшась петли и боясь причинить лишнюю боль. Но все эти изображения были слишком мелкими, и зум только размазывал шею на мутные и бледные квадраты.

Но на одном из снимков был виден край окна. Стекло было темным, и был заметен отблеск от вспышки фотокамеры.