Ночной Хозяин. Воля и Сталь

« – Вы спрашиваете меня, господа студиозусы, зачем я заставляю вас часами двигать камушки, пытаться зажечь свечу или пробить насквозь лист пергамента, без использования чар, одной лишь волей и концентрацией силы Той Стороны? – Вальтер гер Шелленберг, тяжело опираясь на кафедру, перегибается через нее и внимательно оглядывает аудиторию. – Зачем, если в вашем распоряжении будут заклятия, которые позволяют сделать гораздо более серьезные вещи? Вот вы, именно вы, как вас там…

– Мольба Гавранек, Магистр!

– Да, вот вы, Гавранек.

Что вы думаете по этому поводу?

– Думаю, заклятия эффективнее, Магистр!

– А я думаю, что вы болван, Гавранек. Сколько раз я вам, остолопам, говорил – время и место! – учитель переводит дух, он раскраснелся и реально зол, он не любит глупых ответов и глупых людей. – Вас схватил за руки мужчина, который выше и сильнее вас. Вы не можете дотянуться до оружия или сделать ритуальный жест, либо произнести формулу, потому что он вас трясет, а еще вы почти впали в панику.

Что же вам делать? Гавранек, очевидно, в этой ситуации бесславно сдохнет, пополнив, таким образом, число никому не интересных неудачников, чьи трупы мусорщики вывозят по утрам из темных переулков славного Вышеграда. А что сделаете… – магистр шарит глазами по аудитории в поисках очередной жертвы, – вы,… кажется, Стрегон?»

Ар Стрегон зачерпывает силу Той Стороны, через искалеченную ладонь втягивая в себя как можно больше.

Еще больше.

Еще…

Колючий холод вокруг. Лужа под ногами стремительно замерзает.

Оттавио наполняет своей Волей и силой Той Стороны кулак правой руки. Перчатка мгновенно покрывается слоем льда.

Удар!

Кулак с легкостью крушит грудную клетку упыря, концентрированная воля пробивает тварь насквозь.

Кончено.

А нет, вон одноногий и однорукий обрубок недобитой гадины переползает через трупы своих соседей по кладбищу и настойчиво тянется в сторону ар Стрегона. Ну, ползи сюда, гаденыш…

Actum est.

Вытерев лезвие скьявоны остатками своего плаща, Оттавио бросил разорванный в лоскуты предмет одежды на мерзко воняющие трупы.

После чего, действуя только левой, покалеченной рукой, поскольку правая была страшно обморожена и практически бесполезна, перезарядил пистоль обычной пулей.

Огляделся.

Кобыла умчалась куда-то в самом начале схватки. Сам он неизвестно где, и вообще, судя по всему, вышел из деревни не в направлении поместья, а в другую сторону. Нога подгибается, рука не действует.