Черное и Белое

– По видениям?

– По ним родным. Профессор, у нас вроде психологическая терапия по пятницам, – Артур засучил рукав, – что вам нужно?

– Хочу узнать о усилении видений. К тому же, твоя кровь снова бьет рекорды по кислотности. Препараты принимаешь?

– Принимаю. Но поверьте, это все от недосыпа. Иногда так важно дать мозгу отдых.

– Артур, не дури мне голову. И ещё. Я провел достаточно большое исследование… И несмотря на то что алкоголь и никотин, несомненно, помогают вам и способствуют заживлению ран, снижению стресса, он очень сильно изнашивает твое сердце.

И это воздействие куда сильнее, чем у обычного человека.

– С моей работой сложно не бухать. А почему так скрытно? Ну провели и провели. Можно же провести, я не знаю, совещание.

– Меня попросили обождать с выводами, – тихо заметил профессор. – Прокаженные тема плохо изученная, спешить не стоит.

– Мне кажется, вы что- то не договариваете, профессор, – Артур испытывающее посмотрел на него. – Есть что-то ещё, да? Ну не томите.

Или это прям секрет-секрет?

Старик улыбнулся и понес колбу с кровью Артура к столу. Несколько лет назад он здорово помог доктору и вот, видимо, теперь пожинал плоды доверия и заботы. Доктор аккуратно вставил колбу в подставку. Вид у него был усталый.

– Неужели это так мрачно? – Артур вздохнул. – Что-то вы меня пугаете.

– Ну как. Просто ты очень быстро стареешь. Сгораешь изнутри. И алкоголь очень сильно увеличивает это. Да – он помогает. Но жизнь от этого явно не увеличивается.

После последних изгнаний у тебя появилось несколько внутренних воспалений. И, по-хорошему, я бы положил тебя в стационар.

– Я кроме крови ничего не сдавал. Какие к черту воспаления? Как вы узнали?

– Я хороший врач. Ты сам говорил.

– Давайте так. Сегодня я доделаю одно дело и хоть на неделю.

– Торгуешься?

– Да что вы все заладили! Просто меня так и так обяжут изгнать.

– Есть Стас…

– Нет. Он слишком слаб.

– Так значит, у тебя было сильное видение, и ты со своими язвами поедешь травить себя?

– Язвы?

– Я оговорился.

Воспаления.

Артур прищурился. Вроде лжи он не почувствовал. А ведь на этот грех у него особый нюх. Другой вопрос, что эти язвы могли быть прям последствием от воспалений. И все же. Почему профессору мешают показать свои данные? Прокаженных ведь немного. Разве они не ценный церковный ресурс?

– Не такое сильное. Чтобы я мог сильно пострадать. Куда больнее получать от молитвы.