Средство передвижения

– На рудниках… Вы считаете, что я там справлюсь?

– Там любой справится. Я бы хотел оставить вас при больнице, но мы не можем позволить себе кормить человека, который ничем не занят. Я, в свою очередь, лишь смогу настоятельно рекомендовать шерифу выделить вам один день в неделю на реабилитацию. Инженеры нам важнее землекопов.

– Про пищу… – Антон посмотрел в тарелку с остатками завтрака, – вы говорили, что она токсична?

– То, что вам дают сейчас, либо с Терры, либо полностью обеззаражено. Но такую роскошь на Культе можно себе позволить только по праздникам или в экстренных случаях.

Стефан немного подумал, почесал затылок и слегка смутился. Он не знал, с каких именно слов начать объяснять сидящему перед ним совершенно пустому человеку, каким образом питаются люди на этой планете. Он думал об этом весь вчерашний вечер, но так и не решил, как именно лучше будет об этом сказать. Разговор явно предстоял непростой. Переселенцы знали, куда они летят и что именно им предстоит. Огромная часть добровольцев отсеялась после того, как люди осознавали, какую именно жизнь им предстоит вести на этой планете, но данный случай был особенный.

Этот человек уже не имел права передумать и отказаться от переселения. Он мог лишь покориться судьбе. Обратно на Терру никого не отправляют.

– О, не беспокойтесь об этом, – продолжил врач, – я все вам расскажу в нашей следующей беседе завтра.

Он уже встал и собирался выйти вон, но Антон его остановил.

– А когда можно будет выйти отсюда?

– Думаю, что завтра мы уже сможем провести с вами беседу на улице, если будете себя хорошо чувствовать.

– Я и сейчас себя хорошо чувствую, – выпалил Антон, но потом подумал и добавил: – Только немного спина чешется.

– Это имплант, не переживайте, вам его вживили еще на Терре, но процесс заживления в полной мере пошел только сейчас. Но все это я объясню вам завтра, простите, меня уже заждались другие пациенты.

С этими словами Стефан Фирмин закрыл за собой дверь палаты и направился прямиком к себе в кабинет, где его ждал стакан виски местного разлива.

Вообще он старался не пить эту гадость, виски больше походил на смесь тормозной жидкости с чаем, забытым в заварнике и поросшим плесенью, но за неимением лучшего…

Дышать было тяжело. Говорить еще сложнее. Хаотично стоявшие на неровной поверхности белые одноэтажные дома, поросшие бурной вьющейся растительностью. Повсюду возвышались темные остроконечные скалы, тянувшиеся до самого горизонта.