В лабиринтах Зазеркалья…

По отношению к этой действительности большевики вели себя абсолютно прагматично, в соответствии с тактическими указаниями Ленина, который знал, «что делать», уже в начале века: «в нужную минуту «продиктовать положительную программу действий» и волнующимся студентам, и недовольным земцам, и возмущенным сектантам, и обиженным «народным учителям». И вообще «использовать все и всякие проявления недовольства, собрать и подвергнуть обработке все крупицы хотя бы зародышевого протеста».

Как эта программа осуществлялась, со свойственными учебнику для самых широких масс откровенностью и детской простотой, повествовал «Краткий курс истории ВКП(б)», написанный, по некоторым неопровержимым приметам, Сталиным: «Когда возникала стачка на какой?нибудь фабрике, «Союз борьбы» (речь идет о созданном Лениным в Петербурге в 1895 г. «Союзе борьбы за освобождение рабочего класса». – В. К.), хорошо знавший через участников своих кружков положение на предприятиях, немедленно откликался выпуском своих листовок, выпуском социалистических прокламаций.

В этих листовках обличались притеснения рабочих фабрикантами, разъяснялось, как надо бороться рабочим за свои интересы…».

Если бы всё ограничивалось «листовками» и советами бастующим, ленинский «Союз борьбы» ожидала бы участь заурядного профсоюза, путь того самого «соглашательского» «тред–юнионизма», «анархо–синдикализма» и т. п., который был революционной радикальности Ленина глубоко чужд.

Не пренебрегая ни малейшим жестом, способным вызвать симпатии эксплуатируемых трудящихся, не пренебрегая, повторим, никакими практическими сиюминутными выгодами, Ленин одновременно занимался и куда более сложной, отвлеченной, преследующей дальние стратегические цели деятельностью.

С одной стороны, использовалось неумение царизма мирно гасить конфликты нового типа. Любое столкновение русского монархизма, традиционно ориентированного на управление аграрной страной и подавление достаточно редких крестьянских бунтов, было обречено, натыкаясь на всплески рабочего движения в России.

Разрабатывалась идеологическая стратегия, исходящая из того, что выигрывать предстоит не отдельные стачки, а саму «государственную власть», чей «переход» в руки большевиков и является «первым, главным, основным» вопросом предстоящей революции.