День освобождения Сибири

Казалось бы, чего же проще: собраться, объединиться и всем миром, что называется, ударить как следует по большевикам. Ан нет. Тут получилось, как всегда: «Велика землица наша, да порядка в ней нет». Создался в общем своего рода классический крыловский квартет, и не потому конечно же, что не там садились, а потому, что «когда в товарищах согласья нет, на лад их дело не пойдёт». Так вначале изрядно рассорились между собой неформальные подчинённые полковника Никитина, заведующего военным отделом Дальневосточного комитета: есаул Семёнов и начальник харбинского добровольческого офицерского отряда полковник Николай Васильевич Орлов.

Главным образом эти два, как принято сейчас говорить, полевых командира не смогли договориться друг с другом по вопросу формирования собственных отрядов. Дело в том, что оба создавали свои подразделения на добровольной основе, в первую очередь, из числа мигрировавших на территорию КВЖД офицеров бывшей царской армии. Последние в ходе поэтапного движения по железной дороге с запада на восток вполне естественным образом попадали сначала на станцию Маньчжурия, в столицу семёновской вотчины.

Здесь их как следует обрабатывали атаманские агитаторы и покупали в основном тем, что обещали прямо завтра же отправить их в бой против ненавистных большевиков. У части офицеров ещё имелась в наличии, что называется, не излитая злость на красных, так что некоторые принимали приглашение атамана и записывались в его отряд. Хотя, честно говоря, таких добровольцев было не так уж и много, как того хотелось бы в тот момент не только Семёнову, но и другим отцам-командирам.

По воспоминаниям современников, на территорию КВЖД попадали в тот период, как правило, люди, мягко выражаясь, не первого сорта, в основном так называемая офицерская вольница, своего рода «перекати-поле», люди, привыкшие в прежние годы на достаточно высокие офицерские оклады вести разгульный образ жизни. Такая публика, честно говоря, мало интересовалась предложениями маньчжурского воеводы и стремилась поскорее пробраться в мирный Харбин, устроиться там на хорошую офицерскую или гражданскую должность с приличным жалованьем, ну и т.

д., не нарушая таким образом вполне привычного и устоявшегося годами уклада жизни. Видя, что добровольно уговорить офицеров не всегда удаётся, Семёнов стал частенько прибегать к добровольно-принудительному методу вербовки в подконтрольные ему части и, надо сказать, достаточно преуспел на этом поприще.