Мудрость смерти

Человек, человечество, придумало и плохую погоду, и полезные и бесполезные виды растений и животных. Пока не столкнулось с острейшими экологическими проблемами.

Подобное произошло и в отношении к народам. Просвещенческий вандализм провел жёсткую демаркацию между просвещёнными и не просвещёнными народами.

Пока не наступило отрезвление, пока не стала стучать в висок боль за любое потерянное племя. Следовательно, за любой культурный код.

Пока не пришло понимание общепланетарной судьбы народов.

Бог не делит нас на избранных и отсталых.

Без глубокого осознания этого само человечество рано или поздно обнаружит свою эфемерность. Смертельную опасность бесконечной игры в бисер.

Мы

Но как живут в данном «немыслимом перекрёстке дорог и идей»?

Следует сохранять живущих здесь, или они способны сохранить себя сами?

Здесь застряли в прошлом, или способны к рациональному поведению в настоящем?

Здесь больше «цивилизации» или больше «традиций», больше «традиций» или больше «архаики»?

Здесь открыты миру, открыты изнутри, из собственных традиций, или закрыты, спрятаны, не умея, не желая соприкасаться, взаимодействовать с миром вокруг, боясь, осознанно или бессознательно, что изменяясь, не удастся сохранить себя?

Отвечать на эти вопросы необходимо и для этого народа, и для мира в целом, потому что современный мир – это и первый мир, и третий мир, и четвертый, пятый, десятый.

К образу «перекрёстка дорог и идей», можно добавить мост, мосты, отовсюду и во все концы.

Сразу возникает тема, подобная музыкальной теме, способная варьировать, звучать в разных регистрах, рождающая не только благозвучие, но и диссонансы. Ведь мост – метафора посредничества, сведения, медиации. Но на мосте не живут, его не обживают, через него проходят в ту или другую сторону.

Мосты и дороги пронизывают эту культуру, они идут с Востока на Запад и с Запада на Восток, с Севера на Юг и с Юга на Север, из Азии в Европу и из Европы в Азию, оставляя свои следы, своих приверженцев, оставляя атмосферу вечной неуверенности, вечного «между».

Это мусульманская страна с мусульманскими традициями, с мусульманскими ритуалами, но одновременно мост между Исламом и Христианством, не только потому, что здесь жили и живут христиане, не только потому, что христианство воспринимается здесь как часть собственной истории, но и как потенциальная возможность медиации между Исламом и Христианством.