Граждане беларусы

Законопослушные и работящие белорусы (немцы – это демо версия белорусов) исправно работали в будни и дисциплинированно выходили на воскресные бесцельные и бессмысленные марши. Шагали пенсионеры, инвалиды, матери и батери. Перекрывали дороги. Девушки дарили цветы милиционерам, а студенты водили хороводы на загруженных перекрестках. С августа по декабрь длился этот праздник непослушания. Урок для всякого мягкосердечного диктатора. Выборы дело серьезное и ЗИМНЕЕ. Численность маршей выходного дня падала, а протест возвращался в свои привычные маргинальные и узкие берега.

Он обречён был изначально. С самого первого дня, когда на широких бульварах и проспектах вместе с протестующими появился он. Последний негодяй Европы. И это не Александр Лукашенко. Президент и памятник.

Флаг это серьёзно. Всегда.

Восточно-европейский национализм, последний негодяй Европы, пытается закрепиться в Беларуси с 1991 года. Мононация, антиРоссия, западные ценности – идеологическое ядро. Вокруг него функционирует большинство соседних государств.

Польша, Литва, Латвия, Эстония. По внешним признакам политической компаративистики Беларусь должна была оказаться в этой могучей кучке слабосильных лимитрофов. Стать экономическими и культурными задворками. Поставщиком дешёвой рабочей силы и рынком сбыта для колониальных товаров. Естественно в оболочке рукопожатной «вольнай i незалежнай дзяржавы». На старте, во времена распада СССР, негодяй бродил совсем рядом с успехом. Первыми государственными символами независимой Беларуси стали бело-красно-белый (т. н.БЧБ) флаг и герб «Пагоня». Ими пользовалась Белорусская Народная Республика, образованная в условиях немецкой оккупации 1918 года. И флаг, и герб были утверждены Верховным Советом под серьезным нажимом фракции националистов из Белорусского Народного Фронта. А потом пришел Александр Лукашенко. После года президентства в 1995-м он инициировал референдум. Среди прочего белорусам предложили выбрать между БЧБ и КЗ (красно-зеленый флагом и гербом Белорусской Советской Социалистической Республики). Вернее не так. Дело не в Лукашенко. Не совсем в Лукашенко. Александр Григорьевич политик значимый и тонкий. Но 26 лет… 26 лет без массовой поддержки с опорой на силовиков и бюрократов? В это может поверить…Да никто не может поверить! Разве что московский бесполезный либерал. И то не по сердцу, а по должности. Как всякий толковый политик Лукашенко чувствует, где на шкале политических идей и ценностей, находится электоральное большинство.