Арианский спор. У истоков противостояния Востока и Запада

В ходе обыска в их доме римляне изъяли запрещенные христианские книги.

Брюс Мецгер писал, основываясь на рапорте префекта Дульциция (Дулкития), который вел их дело: «На следующий день, когда Ирину вновь привели в суд, префект сказал: «Кто посоветовал тебе сохранять эти пергаменты и записи до нынешнего дня?» – «Всемогущий Бог, – ответила Ирина, – Который завещал нам любить Его до самой смерти. По этой причине мы не посмели сделаться предателями, но предпочли быть сожженными заживо или пострадать иным образом, чем выдать их, то есть писания.

Приговорив Ирину к тому, чтобы ее обнаженной поместили в блудилище, префект распорядился публично сжечь все принадлежащие ей рукописи из шкафов и ящиков. Рапорт заканчивается описанием того, как в марте и апреле 304 г. все три стали мученицами за веру»[10 - Мецгер Б. М. Канон Нового Завета. Издательский дом: ББИ. 2008.].

Агапию и Хионию после суда сожгли на костре. Ирину по приказу Дулкития сначала отвели в публичный дом, а потом также сожгли (по другим данным – отрубили голову)[11 - Православная энциклопедия.

М. 2000. Т. I. С. 232—233.].

Мученицы Агапия, Ирина и Хиония

Среди жертв гонений 303—307 годов надо также упомянуть известные в христианском мире имена – это Георгий-Победоносец (Каппадокийский), Димитрий Солунский и Пантелеимон[12 - Биографии некоторых раннехристианских святых слабо подтверждены документально. Поэтому реальность их существования, например, Георгия-Победоносца, ставится отдельными учеными под сомнение.

]. Георгий и Пантелеимон были обезглавлены, а Димитрия пронзили копьями и бросили его тело на съедение диким зверям. Тогда же были подвергнуты репрессиям римские понтифики Маркеллин (Марцеллин) и Маркелл (Марцелл).

Марцеллин, кстати, – первый из епископов Рима, который стал называть себя греческим термином «Папа».

Среди пострадавших в период «Великого гонения» числятся и крупнейшие богословы того времени Памфил Кесарийский и Лукиан Антиохийский. Оба они – наставники еще более известного Евсевия Кесарийского (отца церковной истории), а также лидеров арианского движения – самого Ария и Евсевия Никомидийского.

Евсевий Кесарийский посвятил своему учителю трехтомный труд «Жизнь Памфила», а еще в знак почитания добавил его имя к своему собственному. В конце 307 года учитель и ученик оказались в темнице, но все обошлось. Через какое-то время их отпустили. А вот судьба Лукиана Антиохийского сложилась трагично.