Волкодлак на службе у Лешего

И хотя они спорили за третьей чаркой браги, в их несвязной болтовне можно было уловить нечто интересное об отцовском даре. Тогда один говорил, что это проклятие Богов за грехи перед ними, другой твердил обратное, что таких людей коснулись Боги, наделив их силой и знаниями, как волхвов. Эх! Хоть бы самую малость узнать обо всем правду. На этой мысли мальчик погрузился в глубокий сон…

За окном только начинало светать, а в траве по-прежнему неугомонно щелкали сверчки. Чувствовалась утренняя прохлада. Родители суетились во дворе, занимаясь привычными каждодневными обязанностями.

Вся община давно была на ногах, даже дети.

– Просыпайся лежебока! – будил мальчика мелкий лопоухий старичок.

Он поедал свежую лепешку и пил из кружки молоко с медом. Матушка всегда оставляла Домовому еду в укромном месте. Таков древний обычай. Потому что духов, как и Богов, народ почитал и старался жить с ними в мире и согласии. Дардан потер сонные глаза, потянулся сидя на полотях и спрыгнул на пол. Он поздоровался с Домовым, на что тот ему поклонился в ответ.

Затем он обул лапти и принялся умываться. Еще теплый завтрак ожидал его на столе. В хату зашел отец. Он попросил сына поторопиться и сразу как поест выходить во двор.

Возле дома щипали траву два гнедых коня Летник и Буян. Оба выносливые, резвые и молодые. Корпус у них коричневого окраса, зачесанная и уложенная черная грива. Их отличие лишь в том, что у Буяна виднелся шрам от пореза на правом бедре. Его боевая отметина после нападения на общину странствующих кочевников года три назад.

– Удачи, сынок! – сказала Медея, поцеловала Дардана в макушку и пригладила рукой ему волосы.

– Пора. Пойдем скорее! – подгонял мальчика отец.

Они взобрались на коней и поскакали по тропинке через цветущее гречишное поле к месту проведения состязаний. Вдали от общинных домов на лесной прогалине Бескрайнего леса собралось немало народу. Здесь частенько проводились тренировки молодых воинов боевому искусству. Все мужчины общины присутствовали на знаменательном событии.

Однако все надели повседневные вещи. Рядом со старейшинами стояли юные участники состязания с их отцами. Другие общались группами в стороне. Приближение двух всадников захватило общее внимание и невольно заставило повернуть голову им навстречу. Дардан и его отец остановились за пределами тренировочного круга и зашагали к остальным.

– Рингольд, ближе всех живешь, а позже всех прибыл, – осуждающе сказал старейшина Печек.