Проблема 28

Но, все же, он наделся, что кое-какие подробности частной жизни его семьи остались тайной для АТБ, и особенно для Александра Николаевича Бородина. Очевидно, надежды были напрасными.

– Я знаю Альберта, ты знаешь Альберта, – как мог рассудительнее произнес Завьялов, – И у меня нет ни малейшего желания проверять его на вшивость. Думаю, у тебя тоже. Достаточно того, что он в состоянии это сделать.

– Может попробовать найти его раньше?! – скорее соблюдая правила оперативного приличия, чем озвучивая реальный вариант действий, предложил Бородин.

– Он избавился от радиации в крови, – разведя руки, напомнил шефу Завьялов, – Весь личный состав АТБ и ФСБ будет гоняться за ним по Москве, а он будет пить кофе в паре шагов от Кремля и смеяться над нами.

Может причиной был страх Бородина за свою семью, может его здравый смысл, а может скрытая где-то глубоко в его душе симпатия к его лучшему агенту, но дальше спорить он не стал. Сказать по правде, спорить он и не начинал.

Их совещание оказалось очень коротким.

Итогов у совещания было два.

Первым стало то, что через две недели Константин Федорович получил звание полковника и отправился в Наногород, чтобы возглавить там службу безопасности. Было ли это уроком, наказанием или попыткой спрятать подальше острую информацию, Завьялов так и не понял.

Вторым итогом стал приказ об отставке агента 28 по состоянию здоровья, с назначением ему почетной государственной пенсии. Генерал поставил всего лишь одно условие.

Альберт должен был предоставить через Завьялова односторонний канал связи с ним. На экстренный случай. Альберт принял это условие и накануне своего отъезда из столицы, новоиспеченный полковник Завьялов нашел в кармане своего пиджака записку с номером телефона. Полковник запомнил номер, искренне надеясь, что воспользоваться им ему никогда не придется.

Но тем надеждам не суждено было сбыться.

Система оптимизации воздуха продолжала работать. Поток воспоминаний сошел на нет, оставив за собой легкое головокружение.

Полковник боязливо прислушался к себе. Не появилось ли то самое неровное клокотание в груди. Молча поднявшись из кресла, он прошелся по просторному кабинету, взял себе бутылочку воды, открутил крышку и сделал несколько больших глотков. Директор АТБ все это время, смотрел на подчиненного исподлобья, перебирая в массивных пальцах серый карандаш.

Вроде бы порядок. Никакого клокотания.