Проблема 28

Завьялов хоть и находился в некоторой растерянности, все же был настоящим профессионалом и сразу осознал, что его собственный телефон лежал в левом кармане. Альберт сделал все виртуозно. Никто не отвлекал полковника, не толкал его, не врезался в него плечом. Мобильник словно сам запорхнул в его карман. Полковник осторожно достал неожиданный подарок. Обычный мобильник, для сетей 5Джи. Такие уже почти не использовались. Сам Завьялов давно перешел на ультрасвязь. Трубка продолжала вибрировать. Полковник нажал на вызов и поднес телефон к уху.

– Привет, Константин Федорович! Проворонил моего паренька?! – голос как всегда был почти радостным.

Этой фразой Альберт намекал, что самого его не было в парке, а может и в Москве.

– Здравствуй, Ант… – попытался поприветствовать звонившего Завьялов.

– Ой, ей, ей! – тут же среагировал голос в трубке, – Это вовсе ни к чему! Агент «Альберт» меня вполне устраивает. Личный номер 28, если ты, вдруг, забыл.

– Я подумал, раз уж ты на пенсии…

– Если бы я был на пенсии, мы бы не разговаривали, – усмехнулся Альберт.

– Как же мне оценивать твой статус? – Завьялов поймал сам себя на том, что улыбается.

– Я бы сказал, что до последнего времени я был в глубоком резерве, – сказал Альберт, и тут же добавил, – И знаешь что?

– Что же? – среагировал полковник.

– Мне там очень, просто-таки безумно, нравилось.

– Я понимаю, – согласился полковник, – Думаю, мы сможем договориться о компенсации за твое возвращение.

– И сделаем это прежде, чем я шевельну хоть пальцем в сторону решения вашей проблемы, – с удовольствием подхватил мысль полковника звонивший.

– А ты в курсе нашей проблемы?

– Хватало пока и своих, – хохотнул двадцать восьмой, – Но догадываюсь, что дело – дрянь. Ты же понимаешь! Вас с генералом должно было сильно припечь, чтоб вы решились откопать из могилы такую мерзкую личность, как я.

– Это верно, – не стал спорить Завьялов, Так тебе интересно, что заставило шефа вспомнить об этой самой личности?

– Э-э-эх, – протянул и тут же замолчал Альберт, хорошо понимавший, что согласие даже просто выслушать суть дела, было доброй половиной согласия помочь в нем.

Это понимал и Завьялов, и потому терпеливо ждал ответа.

– Что ж с тобой делать, – наконец разродился агент 28, – Ну, что там у вас стряслось?

– Мы потеряли Селиверстова, – совершенно без удовольствия сообщил Завьялов. Говорить подобное было неприятно. Очень неприятно.