История и баланс событий. Выпуск 2

лавок – 7,1 тыс., из 568 постоялых дворов – 293, из 192 торговых рядов – 91, из 387 казённых и общественных зданий – около половины, из 329 церквей – «Бог не спас» 122 единицы.

В Пятницкой части осталось всего 5 уцелевших домов, в Пречистенской – 8, в Таганской – 13, в Сретенской – 16. Несколько больше построек не были разрушены бедствием, к примеру, в Арбатской (92), в Якиманской (39) и в Басманной части (48).

В огне погибли все музейные коллекции, библиотека и архив Московского университета, грандиозная библиотека директора Эрмитажа графа Д.

П. Бутурлина (1769–1823), собрание живописи прославленного графа А. Г. Орлова-Чесменского (1737–1808), книжные собрания дяди великого поэта В. Л. Пушкина (1766–1830) и Н. П. Румянцева, а также уже упомянутая мной коллекция древностей А. И. Мусина-Пушкина и многое другое…

Государственные имущественные и бюджетные утраты были громадны. Потери частных лиц составили немыслимую по тем временам сумму: 83 372 000 руб.

недвижимого и 16 585 00 руб. движимого имущества.

Но это, прежде всего, была подлинная катастрофа в смысле возможностей развития культуры, науки и искусства. Со времен легендарного разрушения и сожжения христианами (процесс полного уничтожения завершился позднее – уже во время мусульманского завоевания) Александрийской библиотеки не было примеров подобных масштабных утрат книг и рукописей. В одной уже упомянутой библиотеке Д.

П. Бутурлина сгорело порядка 40 000 томов!

<…>

Перечислив последствия разрушений от сожжения города, мы должны задуматься и о значении этих разрушений для армии вторжения.

На практике оказалось, что оставшегося числа домов и особняков (а также спасенного солдатами Императорской гвардии Наполеона Кремля!) было как раз достаточно, чтобы разместить французов. И, как мы уже знаем из сотен документальных свидетельств мемуаристов, вся провизия для Великой армии сохранилась в ледниках и подвалах.

Таким образом, вред был нанесён именно русским жителям, а не иностранным войскам, которые в любом случае были там временным явлением. И я напомню: Москву, по официальном данным соответствующей Комиссии, восстанавливали аж до 1830 года (имеется в виду только благоустройство, ведь большую часть сгоревших памятников восстановить, естественно, не представлялось возможным).