Тринадцатый свиток. Том 1

Какой же выкуп он получит, если наш друг умрёт?

– А сколько вас тут, и кто вы?

– Нас трое, все в разных камерах. Один – ранен. Мы – рыцари и ехали с караваном из Византии. Богатым караваном. Мы не просто сопровождали его, мы ехали домой и были почти у цели, как недалеко от города на нас напала шайка Сеньора.

– Как же вы, рыцари, позволили вас захватить какой-то шайке мужиков?!

– Не скажите, юноша! Далеко не все в армии Сеньора простые мужики. У него полно отличных воинов, многие из них были в крестовых походах, к тому же они сделали хитроумную ловушку в узком месте, что лишило нас свободы действия.

Кругом были колючие кусты, мешающие бою, а нас вообще поймали в сеть, как каких-то кроликов! – в голосе собеседника звучала досада и злость. – Вот теперь сидим тут, ждём, пока родные заплатят выкуп за нашу свободу.

Раненый рыцарь застонал снова. Видимо, ему было действительно плохо, ибо рыцари редко показывают слабость.

В этот момент открылась дверь, и вошёл крестьянского вида мужик, которому бы больше пристало сейчас возиться в поле, чем разбойничать с шайкой.

Он принёс еду и воду. Но только в три соседние клетки. О моём существовании он не знал и очень удивился. Я попросил его сказать хозяину или кому-нибудь, кто может дать разрешение, чтобы меня пустили в камеру к раненому рыцарю. Я сказал, что я лекарь и имею исцеляющие мази.

Мужик кивнул и вышел, тщательно заперев за собой тяжёлую дверь.

– Юноша, вы сказали, что можете писать. Не могли бы вы написать письма нашим родным.

Но совсем другой текст, нежели отправил им этот Сеньор.

– Разумеется…, – только и успел сказать я, как дверь открылась, и вошли три человека.

Мужик, который приносил еду, Верзила, затащивший меня в замок, и знакомый мне уже Тощий. Мужик отпер дверь и сказал: «Пошли, посмотришь, что с ним».

В камере на большой жесткой лавке лежал рыцарь, одетый в кольчугу, залитую кровью. Лицо его было бледно и покрыто бисеринками пота. Лоб был холодный. «Надо снять с него кольчугу», – сказал я.

Верзила стал грубо стаскивать её с рыцаря. «Осторожнее!», – я чуть не выругался.

При свете факела я нашёл у него две глубоких раны на шее и бедре. Он потерял много крови. Я туго перевязал его ногу, предварительно смазав лечебной мазью. На шее дела обстояли хуже. Рана была воспалена. Я прикрыл её небольшим кусочком холста, пропитанного мазью. Выпив воды, рыцарь забылся сном. Всё это время «троица» молча следила за мной. Верзила громко сопел.