Тринадцатый свиток. Том 2

Именно поэтому я стояла сейчас перед дверью соседки, ожидая, пока она мне откроет.

Наконец дверь скрипнула и в полутёмном коридоре замаячила знакомая фигура с кошкой на плече. Соседка пытливо всмотрелась в моё лицо, неужели я уже пришла за саквояжем?

Но я её успокоила, сообщив, что пока не случилось ничего страшного. Выслушав мою историю, она, немного поразмыслила и сказала.

– Если, как они говорят, днём их не бывает, то я сама могла бы готовить блюда. Могу потихоньку приходить, быстро готовить и уходить.

Я очень любила стряпать для моего покойного мужа, – она смахнула набежавшую слезу.

А я добавила:

– Заодно и сами подкормитесь, а может и киске кое-что, достанется, – я почесала кошку за ухом, получив в ответ оглушительное мурлыканье.

– Да-да! Моя доченька прекрасная, моя девочка, моя Богиня, скоро скушает что-нибудь вкусненькое! – запричитала мамаша Богини и, схватив кошку, стала неистово целовать её в усатую морду.

За этим занятием я и оставила её, чтобы незаметно вернуться домой.

Мне повезло, соседи ещё спали, и я остановилась в коридоре, чтобы взглянуть на документы, лежащие там на тумбочке. Я бы никогда не стала рыться в чужих вещах, но случайно или нет, документы Комиссарши лежали на виду.

И я взяла их в руки. То, что было там написано, заставило облиться меня холодным потом. Я мало знала терминологию нового режима, но даже мне стало понятно, что этим людям разрешено убийство без суда и следствия лиц, которые будут заподозрены во вражеском отношении к Советской власти.

И Комиссарше были даны такие полномочия. Тихо положив документы точно на прежнее место, сняв обувь, я легко пробежала по ковру на цыпочках и закрылась в комнате.

Моё сердце билось, как птица. Я была права, когда чувствовала что-то злое, исходящее от этих людей. Это моя интуиция говорила мне – «Опасность!».

Я прилегла на диванчик и стала раздумывать. Зачем они оставили мне комнату вообще? Разве не в их силах было заполучить её всю, без такого досадного довеска, как бывшая балерина?

Но потом я поняла! Эта вульгарная женщина, специально решила сделать из меня рабыню, прекрасна зная о моём дворянском происхождении.

Как должно быть, приятно осознавать, что она, баба из простого народа, имеет в услужении баронессу, стирающую её вонючие гимнастерки и убирающую за ней скомканную в любовном экстазе кровать!

В своё время моё дворянство являлось камнем преткновения в балетной карьере.