Тринадцатый свиток. Том 2

Этого мне и было надо! Как только он вошёл в ванную комнату, я ринулась к его бушлату и выхватила из кармана ключ. На всякий случай я тихо заперла Тощего снаружи и помчалась в комнату, где у меня была толстая восковая свеча.

Вспомнив о прочитанном мною в каком-то любовном романе способе, как сделать оттиск, я с неимоверной скоростью вернулась в кухню. Там, я бросила ключ в горячий чайник и быстро разрезала свечу вдоль. Подцепив вилкой нагревшийся ключ, я положила его на одну половину свечи и накрыла второй.

Прижав её, как следует, я получила отличный оттиск. Побежав в прихожую, я вернула ключ в карман бушлата и успела открыть дверь, ещё до того, как Тощий заметил, что был заперт.

Он вышел из ванной комнаты и, как ребёнок, продемонстрировал мне свои чистые руки. Я улыбнулась, сдерживая сбившееся дыхание. Тощий уселся за стол и принялся уплетать еду. Потом достал из кармана плоскую серебряную фляжку с монограммой, (разумеется, чужой) и отхлебнул оттуда изрядный глоток.

После чего он развалился, и осоловело глядя на меня, вдруг принялся изливать мне душу.

– Моя начальница… настоящая красавица. Такая женщина! Я знаю, ей бы не понравилось сравнение, но она выглядит по-королевски. Какая фигура! А характер сильный, даже у мужчин такого не бывает. Не то, что у… – и он выразительно изобразил руками лицо Крысообразного.

– Да, вы правы – очень сильная женщина, – подтвердила я, не собираясь делиться с ним моим мнением о Комиссарше.

– Вы не поверите, я готов всё за неё отдать, да только она меня не замечает совсем, – добавил он грустно.

– Что ж, это случается, но друг мой, но соседи скоро вернутся, так, что вам лучше будет уйти. Мне ещё надо убрать на кухне. – Я хотела, чтобы он побыстрее ушёл.

Но матросик расположился надолго. Сыто отрыгнув так, что меня даже передёрнуло от таких манер, он вдруг стал мне рассказывать о своей жизни, начиная с детства. Не знаю, что на него нашло.

Может водка, налитая во фляжку, из которой он то и дело отхлёбывал, настроила его на лирический лад?

Оказывается, Тощий родился в семье служителя культа, а попросту говоря священника. Папаша, отправил его учиться в церковно-приходскую школу, но бездельник сын только и делал, что спорил с учителем богословия, и прогуливал занятия. Наконец его выгнали, за то, что он затеял спор с главой комиссии, приехавшей с проверкой от Священного Синода.