Тринадцатый свиток. Том 2

– Слушаю с нетерпением! – И я прикрыла глаза, чтобы ярче представлять себе описываемые картины.

– Несколько раз, старший брат специально брал меня с собой в плаванье и задавал всякие вопросы по навигации, спрашивал названия парусов и оснастки, но я ничего не могла ему ответить. У меня в голове было пусто, как вот в этой коробочке из-под печенья! – она потрясла коробочку, показав, что там ничего нет. И когда она только успела всё съесть?! – В общем, оказалось, что морские способности у меня просыпаются только в экстренных случаях, а в обычное время дремлют где-то глубоко внутри.

Да! Забыла сказать, что одна способность у меня всё же осталась.

Разбираться в трубочном табаке! Однажды брат взял меня с собой в табачную лавку, чтобы купить подарок своему другу, тоже яхтсмену, который хотел выглядеть как настоящий морской волк. А какой же морской волк без трубки? Тут я снова удивила братца, взяв выбор подарка в свои руки. Я самолично подобрала его другу трубку, табак, коробку для табака, подставку для трубки, а также инструменты для чистки и набивки.

Всё это время, пока я со знанием дела отвергала предлагаемые приказчиком товары, в лавке собрались покупатели, комментирующие мой выбор и издающие восхищённые возгласы всякий раз, когда я на фактах доказывала преимущество простой трубки перед сложно-выгнутой, объясняя, что будет трудно её чистить, и она станет булькать. Или объясняла, почему мы покупаем тот, а не иной сорт табака.

Видела бы ты лица приказчика и моего брата, девочка моя! – мадам Безе весело засмеялась.

 – А когда мы уходили, то управляющий магазином, который тоже вышел посмотреть, почему такой шум в лавке, укоризненно покачал головой и сказал: – «Как не стыдно приучать ребёнка к курению с таких юных лет, особенно барышню!».

Никто в семье не понимал, откуда у меня эти знания, только в церкви, батюшка, к которому меня водили причащаться, сказал, что в меня вселился бес, и надо будет читать специальные молитвы сорок дней подряд.

После этого сорокадневного чтения акафистов и молитв маменькой, над моей головой, было неизвестно, ушёл из меня бес или нет, но только никаких морских талантов во мне больше не открывалось.

Правда был ещё один момент, когда я, взяв из рук брата штурманский измеритель, и перемерив его показания, нашла ошибку. И брат со мной согласился.

Прошло лет десять, и я стала серьёзно готовиться к вокальной карьере. Я много занималась, ездила к лучшим европейским преподавателям и довольно скоро стала петь в театре.