Мемуары Люцифера

Отсюда – двойственность его природы: и изначальная ограниченность его возможностей (наследие материи), и возможность самоусовершенствования, достаточно продолжительного и основательного (присутствие Божественной Сущности).

Что же до подобия, то обязательно должен быть сопоставимый объект. Объект сравнения – для того, чтобы определить наличие либо отсутствие «подобия». Увы, но я вынужден разочаровать тех наглецов, которые полагают себя подобием Высшего Разума: ничего подобного (пардон за каламбур)! Не с кем сравнивать человечка! «Похож или не похож?» не «приставишь»!

Тут самое время «подать» себя.

Похвалить, то есть: ни от кого ведь не дождёшься! «Подаю»: Я, как Ипостась Единосущного – Всё. Всё, не имеющее формы и образа в человеческом их понимании. Всё Мироздание, как уже существующее, так и то, которое ещё на очереди!

А человечек – это… Так и хочется сплюнуть при этом слове! Удерживаюсь лишь в силу врождённого благородства. Поэтому буду культурен и краток: человечек – это жалкий продукт одного из многих экспериментов.

И не главный: побочный. И то, что в нём присутствует толика Нашей Божественной Сущности, пожертвованной даже не на его производство, а в качестве исходного материала для создания вселенной, не даёт ему никаких оснований притязать ни на что большее, чем роль лабораторной крысы!

Но вернёмся к моей «озабоченности» планами «соседа. Её следует понимать так, что, постигнув замысел Alter-ego, я немедленно проникся идеей контрудара. Действовать надлежало быстро, точно, эффективно и, как минимум, равнозначно: я и так уже уступил «соседу» первый раунд, а с ним и инициативу.

Конечно, уступил лишь частично и на время (время уже появилось), но это не избавляло меня от необходимости перехвата. Перехвата инициативы.

Воздействовать на мысли Alter-ego я, как известно, не имею возможности. «По определению». Воздействовать на результат можно, но не нужно. Это – всё равно, что человеку догонять убегающий горизонт. Пока я нейтрализую результат воздействия, Alter сделает новый ход – и обречёт меня на роль вечно догоняющего.

Значит, оставалось воздействовать на объект: на человека. И не ограничиваться простым воздействием, а играть на опережение, как говорят спортивные комментаторы. Только это давало шанс перехватить инициативу. И здесь не следовало «подкрадываться на мягких лапах», «пугаясь звука собственных шагов». Нужен был смелый ход с расчётом на перспективу.

Чтобы оценить потенциал врага, нужно понять его сущность.