Мемуары Люцифера

Как можно отрицать Идею Бога, если Бог – это Мы с ним?! Мы – Две Ипостаси Единосущного, Предвечного, Всезнающего и Всемогущего, Создателя Всего и Вся?! То, что творится в неразвитых мозгах людей, все эти их яхве, ваалы, ра, мардуки, зевсы, юпитеры и перуны – это лишь продукты их сумеречного представления о Нас Самих!

Но всё же то главное, что человечкам следовало понять, они понять сумели. И заключалось оно в том, что должна существовать «где-то» Высшая Сила как Творец и Господин всего видимого и невидимого, в том числе, и его самого, жалкого червя.

Да, образы этого главного были чудовищно далеки от того, которое оно имеет. Но люди хотя бы поняли свою роль: марионетки в Руках Судьбы. Но вот чего они не поняли – так это то, что Судьбе нет до них никакого дела. То, что, использует их она исключительно в своих целях, ничуть не заботясь об их сохранности и благополучии.

И вот теперь одна из Сущностей Единосущного намеревается убедить человечков в том, что нет никакой Судьбы, нет никакого Извечного Предначертания – и вообще ничего «такого»!

Alter был сбит с толку: зачёркивая Идею Бога, я де-факто зачёркивал самого себя – ну, и его «за компанию»! Но он ошибался.

Он слишком «широко» взял проблему. А всё – гораздо проще. Как в шахматах: кто кого переиграет. Кто сделает нестандартный ход. Кто первым отойдёт от шаблона. Первым отошёл я.

Вот и получается: «Нам не дано предугадать…» – не человеческий эксклюзив. Поэтому Alter, не уяснив, каким образом я собираюсь зачёркивать» себя и его, решил «уйти в защиту».

То есть, пропустить свою очередь и действовать по ситуации. Отступить с занимаемых рубежей. Но не «на заранее подготовленные позиции». И не с целью «выпрямления линии фронта». Ему требовалось время на осмысление – и он вынужденно-добровольно уступал мне инициативу. А я и не собирался отказываться.

Для работы «по вновь утверждённому плану» мне требовались исполнители и «площадка». Признаюсь: выбор был невелик. Alter основательно поработал над мозгами «пипла».

Пусть и невелика заслуга – по причине малого объёма работ – но идею-то он внедрил. Идею непременного существования Высшего Разума.

Картина, представшая «моим глазам», рождала в душе всё, кроме оптимизма. Атеизм Египта, Вавилона, Индии и Китая был неглубоким, поверхностным. Даже их лучшие умы не зрели в корень. Всё ограничивалось сомнениями, большей частью связанными с «техникой» отправления культов. Никто не смог подняться до отрицания Бога как Идеи.