Иван Петрович. Бытие алкаша

Стоял оглушительный гам, какофония, музыка, бьющая из матерчатых колонок по барабанным перепонкам, завывания и крики разгорячённых алкоголем подростков, скачущих на скрипучем паркетном полу. Вдруг раздался звонок в дверь. Все шуганулись. Первая мысль, что приехала милиция, вызванная разъярёнными соседями. Выключили музыку. Примолкли. Настойчивый звонок повторился. Делать нечего, надо открывать. Иначе начнут дверь выламывать. Состроив трезвый вид, подошли к двери. Открыли и оторопели. На пороге в одних носках стоял покачивающийся Артём, которого заперли в комнате.

– Что, суки, не ждали? – прохрипел он.

Пока все веселились, он каким-то чудом благополучно выпал или спрыгнул с балкона третьего этажа и через подъезд вернулся обратно.

Иван Петрович незаменимый сотрудник

Нигилизм. Нигилизм всегда был, есть и будет. Особенно молодёжью всего «старого», полное отрицание, особенно всего советского. После смены собственника в 2003 году на станкостроительный завод «Свердлов», на котором когда-то трудился Иван Петрович, пришло новое руководство, или по-другому, новый прогрессивный менеджмент.

Они с энтузиазмом принялись за дело. Бесчисленные командировки, участие в выставках принесли свои плоды. Продажи росли. Руководство и собственник хлопали в ладоши. Ай да, молодцы! Вместе с тем оборудование, годами без капитального ремонта, приходило в упадок.

«Стариков» обвиняли, ругали, хаяли. Во всём видели недостатки советской системы, советского ума.

Вращающиеся печи кормили мазутом. Мазутное хозяйство без ремонта сгнило. Отовсюду протекало, капало, лилось. Одним словом, бесхозяйственность. Чтобы мазут тёк по трубам, его следовало нагреть в огромной емкости и подавать по трубе в тепловой «рубашке» вместе с теплопроводом с перегретым паром внутри. Пар подавался из котельной, которая тоже дышала на ладан.

Новый менеджмент решил не заниматься восстановлением мазутного хозяйства, а перейти на печное топливо. Почему? Дешевле. Бойкие снабженцы раздобыли счёт с приемлемой ценой. Кто-то проверил качество? Нет. Котельная была демонтирована, «рубашки» с теплопроводом срезаны, мазутные ёмкости разрезаны и сданы в металлолом. Первые поставки печного топлива показали, что это просто-напросто обмывки пропаренных изнутри железнодорожных цистерн с нефтепродуктами.