«Искал не злата, не честей». Том 1

«Искал не злата, не честей». Том 1

Владимир Леонов

Исследования и размышления о поэтической и личной судьбе «Русского Вергилия», под новым углом зрения, словно омытом свежей родниковой водой.Пушкин оставил нам свои мысли и чувства как яркий костер в ночи, который горит сам по себе и не потухает, какие бы ветра и дожди не проносились над ним. И ты чувствуешь себя органической, биологической и духовной частью великой державы по имени Россия.

«Искал не злата, не честей»

Том 1

Владимир Леонов

Автор признателен Фонду «Благодарно помнить» за поддержку в подготовке и издании книги

© Владимир Леонов, 2021

ISBN 978-5-0051-6059-1 (т.

1)

ISBN 978-5-0051-6060-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие

«На ступеньках не сидят. По ступенькам ходят»

Автор предлагает движение по незримой лестнице, ведущей на Олимп русской литературы и живого русского языка. По ней великие имена ушли в вечность, где нет первых и последних, а все равны и все одинаково совершены:

«и вот вы кричите сотнями голосов,

погибшие, но живые,

во мне: последнем, бедном,

но имеющем язык за вас,

и каждая капля крови

близка вам, слышит вас,

любит вас;

и вот все вы:

милые, глупые, трогательные, близкие,

благословляетесь мною

за ваше молчаливое благословенье»

– М.

Кузмин.

Единая линия судьбы великих землян России, «литературных гигантов» на ладони истории русской словесности (Пушкин. Лермонтов. Гоголь).

Очевидная общность судеб, которая по невидимым законам бытия проекцируется в жизни достославных людей – незримой тяги к равным себе и в кратости их земного пребывания:

И им не разорвать венца,

Который взяло дарованье! -Жуковский

Трагическое переплетение личных судеб, русской государственности и империи, сожительство поневоле, трон Величин, венчанный знаками Истории. Некая общность, которая по странности бытия проявилась в жизни великих мастеров слова и российской империи: «Когда я вскоре умирать буду, то никто не придет ко мне, кроме Черного гостя…»

Взгляд современника на русское слово и русскую классику.

На зачинателей и речужников литого корпуса отечественного языка. С высоты третьего тысячелетия – на благовидные имена, по – настоящему влюбленных в «Россиею» (правописание историка Карамзина), и русское слово у которой проявлялось как продукт собственной мысли, становясь исповедью народа, пропуском в историю и вратами правды.