Дисгардиум 3. Чумной мор

Он и еще несколько десятков Обращенных жителей скопились у входа в храм. За их спинами, издавая хлюпающие звуки, бесцельно бродили Поганые тошнотища. Повсюду валялись растерзанные трупы горожан. Игроков вокруг видно не было – твари оказались слишком сильны для подавляющего большинства населения песочницы.

Мы затаились за углом здания напротив, решая, что делать дальше.

– Где все? Разгар вечера, а я не вижу никого из сильных кланов, – покрутив головой, сказала Тисса.

– Может, из-за ивента? – предположил Инфект.

 – Если нельзя выйти из Диса, то нельзя и войти?

– Еще вариант – погибшие игроки или обращаются в нежить, или погибают окончательной смертью. Забыли? Вот это все, – я повел рукой вокруг, – должен был сделать я. Так что я немного эксперт. Помните Крушителя? Он обратился в Карателя…

– Да ну, бред… – перебив меня, Инфект махнул рукой. – Если с персонажами игроков что-то случится, завтра «Сноусторм» засудят. Сам подумай, какой в этом смысл? Вложить годы и тонны денег, чтобы завтра какой-то Чумной мор превратил тебя в нежить?

– Вот поэтому такие игроки, как запустивший этот ивент, и «угроза», – сказала Тисса.

 – Ладно, когда выйдем – почитаем, что народ пишет. Какой план?

– План такой, что надо найти и закрыть портал, – сказал я. – Иначе мне полный аллес! Смотрите!

На наших глазах двери храма распахнулись, выпуская наружу несколько паков тошнотищ, костяных гончих и чумных клякс.

– Сто пудов, портал там! – Я треснул кулаком по ладони. – Мне надо пробиться в храм.

– Я могу сагрить всех на себя, а вы рвите внутрь, – сказал Инфект.

 – Докайчу на пару кварталов отсюда, потом уйду в инвиз. Он прокачан, не заметят. Потом вернусь к вам.

Так и сделали. Пока вор мчался по улице, улюлюкая и дразня нежить, мы выжидали, а когда они отошли подальше, рванули в храм. Я оторвался от Тиссы за счет высокой скорости и забежал внутрь первым.

Там, у алтаря, в окружении трупов жрецов Нергала сидел на полу Большой По. Он держал руку у подножия черного, вязкого, с зеленоватыми прожилками портала.

Заслышав мои шаги, он поднял голову, узнал меня и осклабился:

– Слушай, Шеппард, ты как раз вовремя! Я уже планировал поскорее закончить с этим и идти тебя искать.

Губы Полинуклеотида сгнили, и то, что я принял за улыбку, оказалось оскалом обнаженных челюстей. Его глаза вытекли, вместо них зияли глазницы, в правой промелькнул белый трупный червь. Бездна, неужели я тоже так выглядел?

– По? Что это? Что происходит? – Мой голос дрожал.