Дисгардиум 6. Путь духа

Вид у него был такой, что я понял – мыслями он уже там, выигрывает Демонические игры, стоит на пьедестале, принимая награду, и под аплодисменты зрителей кланяется, кланяется…

– Что у тебя есть такого, что позволит победить, парень? – чуть прищурившись, спросил Дьюла. – Одного участия мало!

После того как погибли его друзья, строитель ненавидел Чумной мор больше, чем кто-либо. Узнав, что Ядро можно уничтожить при помощи Умноженной эссенции жизни, он воспылал надеждой на месть и решимостью помочь мне всем, что в его силах.

– Во-первых, Скифу нельзя покидать форт, – возразил Инфект. – Во-вторых, до конца регистрации осталось несколько дней, а сами Игры могут затянуться на месяц. В-третьих, они потребуют…

– Так, минутку! – Я со стуком припечатал глиняную кружку с кофе к столу. – Может кто-нибудь четко и конкретно рассказать, в чем суть Демонических игр и как определяется победитель? Я, честно говоря, в ступоре: как повару одолеть, к примеру, чемпиона Арены? Бред какой-то… Еще ведь и уровни у всех разные! Представьте, что вместо нас чемпионами юниорской Арены стали обычные игроки песочницы.

Что они могут противопоставить победителям взрослого турнира?

Возникла пауза. Ирита, Инфект и Краулер переглянулись, решая, кто ответит, и в возникшей тишине раздался рев Флейгрея:

– Энико! Почему мой бочонок вина пуст? Живо принеси мне новый! И не с тем эльфийским дерьмом, а…

– А с чем-нибудь, что горит! – перебила Нега. Суккуба обвела взглядом всех сидящих за столом, подмигнула Дьюле и Мэнни, остановила взор на мне и сказала: – Скиф, я отвечу на твой вопрос.

Только Азмодан ценит лишь грубую силу. Тому же Белиалу важнее тот, кто остер умом и ради достижения цели пойдет по головам. Диабло предпочитает сильных, но в то же время хитрых и коварных. Как такого определить?

Из кухни донесся шум – Энико катила бочонок Калийского самогона, сваренного тетушкой Стефани. Бомбовоз и Краулер, с грохотом отодвинув стулья и толкаясь, ломанулись помочь девушке.

Та со смехом отказалась и отправила парней назад. Подкатив бочонок к потирающему ладони сатиру, сказала:

– Не сожги глотку, дядя Флей.

Сатир-маг, чьей стихией был огонь, расхохотался так, что подавился и закашлялся. Нега врезала ему по спине хвостом – игрока топового уровня, например, Хинтерлиста, удар бы сваншотил, но Флейгрей даже не пошевелился, только кашлять перестал.

С появлением выпивки и он и Нега позабыли обо всем, и слово перешло к ребятам.