Дисгардиум 7. Демонические игры

Интеллект влияет на объем и регенерацию маны, быстроту сотворения заклинаний. Ловкость влияет на скорость передвижения и скорость атаки, уклонение и критический урон. И, наконец, удача! – торжественно объявил голос. – Мне неизвестно ни об одном свойстве этого параметра, которое как-то влияло бы хоть на что-то!

– Скажи это Фортуне… – расстроенно подумал я.

– Что?

– Ничего. Что, удача даже на лут не влияет?

– Вся добыча сгенерирована вместе с этой версией Окаянной бреши. Нет разницы, кто именно ее подберет.

При упоминании добычи я вспомнил о классовом штрафе на объем инвентаря: ?90 % от объема инвентаря. На Играх это может стать проблемой…

– Кстати, а с какой сумкой я появлюсь?

– Призванные появляются со стандартной версией на шестнадцать ячеек. Однако Мешок расхитителя сокровищницы привязан к вашей душе и останется с вами.

– Отлично! – обрадовался я. – Вернемся к удаче. Так зачем нужен этот показатель?

– Сие есть загадка великая, – ответил механический голос. – Все же смею предположить, что характеристика будет использоваться при генерации наград лучшему и худшему призванному дня.

– Разве их не Октиус раздает? В реальном мире?

– Только в день открытия. Все последующие будут определены случайным образом и применены к призванному в Окаянной бреши.

– Как можно повысить характеристики?

– За каждый уровень персонаж получает одно свободное очко и по очку к классовым характеристикам. Для класса предвестника это харизма и удача. Кроме того, считаю разумным…

Просто прекрасно.

Чувствую, закончу Игры с диким перекосом – обаятельный, удачливый, но хилый, косой и неловкий.

Голос, вроде бы обретший эмоции, оборвался и снова задеревенел:

– Внимание! До старта три… два… один… Удачи и хорошей игры, призванный!

Глава 6. Против всех

Я материализовался на огромной высоте, после чего началось падение. При этом ощущение было такое, словно не я лечу, а земля несется навстречу. В реальном теле сердце пропустило несколько ударов.

В таких ситуациях нельзя смотреть вниз, но я опустил взгляд: подо мной виднелся плавающий в непроницаемой мгле островок суши.

Приблизившись, я разглядел деревушку, сбоку от которой зияла чудовищная дыра с обугленными краями. С других сторон поселение окружал лес, края которого просто обрывались в великое ничто. Километров десять на пятнадцать – оценил я площадь Окаянной бреши. Непонятно, зачем столько места для Игр, ведь вся зона, кроме Провала, считалась мирной, мобов там не было.