Level Up. Рестарт

Тогда конфигурирую запрос так и эдак, вывожу на карту города все магазины, рынки, пищевые цеха. Скрещиваю пальцы и даю команду оставить на карте только точки, ищущие поставщика упаковочных материалов.

– Так что проще впаривать окна! – резюмирует Гриша. – Окна всем нужны!

Система разочаровывает:

Недостаточный уровень навыка «Познание сути»!

Из кабинета отдела кадров выходит встрепанный кандидат, хмуро оглядывает нас и быстро удаляется. Из-за двери слышен голос кадровика:

– Следующий!

В среднем на каждого соискателя уходит минут пять.

Видимо, текучесть высокая, и компания берет количеством, набирая хоть сколько-нибудь подходящих людей на минимальную зарплату с упором на бонусы за продажи.

Доходит очередь и до Гриши. Он проводит в кабинете больше времени, чем другие, и выходит оттуда донельзя довольный с лыбой от уха до уха.

– Нормально все! Возьмут – хорошо, не возьмут – бог с ними, найду еще что получше! Пока, ребята! Пойду пока окна повпариваю!

Он жмет руку каждому, подмигивает Марине и уходит.

После Марины наступает моя очередь. Она выходит, смущенно улыбаясь, и шепчет:

– Кажется, взяли!

Захожу в кабинет и слышу, как она желает мне «Ни пуха!» Мысленно отвечаю: «К черту!»

* * *

С собеседования иду в приподнятом настроении, и дело скорее не в положительных его результатах – мне, как и всем, обещали позвонить и сообщить итоги, а в том, что на улицах города, заполненных весенними запахами, уже настоящее лето с массовым цветением, солнце ласкает лицо и напекает плечи.

Снимаю пиджак и закидываю его за спину.

Кручу головой, идентифицируя все, на что натыкается взгляд, прокачивая навык, да и из праздного любопытства тоже. Бетонная урна для мусора, двенадцатилетний школьник Порфирий Говоров, дорожный бордюр, легковой автомобиль, семидесятидвухлетняя пенсионерка Людмила Воронцова, уличный светодиодный фонарь, двадцатичетырехлетняя гадалка Вита Балашова… Что? Меня смущает несоответствие, потому что вижу цыганку, древнюю старуху-попрошайку, а не молодую девушку.

Она одета в цветастое, с узором, платье, полинявшую кофту, укутана в вязаную шаль, еще какие-то тряпки, а ее голова обмотана черным платком. Лицо скрыто, но девушку выдают кисти рук. Они грязные, но это руки молодой женщины, а не старухи.

Рядом с ней на заплеванном асфальте спит, уронив голову на лапы, тощий грязный пес – черная немецкая овчарка. К его ошейнику, туго стянувшему шею, привязана толстая замызганная бельевая веревка.