Гражданские протесты. Межстрановой анализ. Сборник под ред. Г. М. Михалевой

golos-ameriki.ru/a/abortion-ban-Washington-protests/4926681.html;https://www.gazeta.ru/social/2016/10/03/10228565.shtml]. 8 марта 2019 протесты и забастовки с требованиями гендерного равенства прошли в разных странах: Испании, Бельгии, Индии, Индонезии, Филиппинах, Казахстане, Киргизии, Украине, России, Азербайджане и др.[21 - https://bykvu.com/ru/pictures/111973-protesty-i-marshi-kak-otmechali-8-marta-v-raznykh-ugolkakh-mira/; https://www.svoboda.org/a/29810706.html]

Общее и особенное в протестах в разных странах

Во всех этих протестах есть как общее, так и особенное.

К общему относятся:

– новые общественные отношения, во многом сейчас определяющиеся функционированием информации, социальными сетями и индивидуализированным потреблением информации, которое определяет и возможность быстрой и анонимной мобилизации;

– снижение значимости политических партий, движений и лидеров в организации протеста;

– зачастую постепенная радикализация требований протестующих, переход от социальных требований к политическим;

– зачастую использование в ходе протестов насильственных действий;

– готовность властей применять насилие и репрессии против протестующих;

– в ряде случаев готовность власти отменить решения, которые вызвали протесты;

– высокая доля молодежи среди участников протестов;

– эффект домино, упомянутый выше.

Особенное:

– решения властей, которые дали старт протестам, которые могут быть достаточно ограниченными и конкретными (повышение цен на бензин, проезд на общественном транспорте, экстрадиция осужденных, снос незаконных построек и т.

д.) или же иметь общий характер, связанный с функционированием политической или социальной системы: результаты выборов, недовольство политикой, проводимой властями, крах социальной политики.

Можно согласиться с Татьяной Ворожейкиной: «…когда политическая система оказывается закупоренной, она перестает быть пригодной для канализации самого разнообразного социального и политического недовольства, и вот тогда люди выходят на улицу… суть его [протеста] указывает на проблему с политическими институтами.

Люди перестали ощущать себя представленными в них. В Чили, Боливии, в Эквадоре, в России этим летом, в Гонконге, в Ираке, в Ливане мы сталкиваемся с тем, что люди начинают выходить на улицу и требовать перемен… это кое-где связано и с очевидным кризисом демократических институтов, который выражается в массовом приходе к власти различного рода праворадикального популизма.