Сидус. Вида своего первый

А потом эфир вдруг взорвался дикими криками, наполненными болью, страхом и паникой… и снова затих. Я словно потерял слух, так резко все оборвалось, сменилось оглушительной тишиной…

– Кэп, что у вас там творится? – раздался в динамиках голос Волошина.

В то же мгновение погасли огни, пещера погрузилась во мрак, но тут же озарилась вспышками – заработали импульсные пушки Рамиреса. Я принялся стрелять туда же, хотя по-прежнему не видел цель.

– Капитан! – крикнула Хаец. – Ответь! Какова численность противника?

– Нас атакуют, не вижу кто, есть потери! – скороговоркой выпалил я, сосредоточившись на происходящем.

– Продержитесь, скоро будем! – закричала Джоанна. Судя по запыхавшемуся голосу, они с Волошиным бежали.

Тем временем огонь Рамиреса прекратился – погасло его силовое поле, и оружие, закрепленное на манипуляторах экзоскелета, рухнуло вместе с ними. Хосе упал, распластался на камне и начал терять форму – его «Мангуст» сложился, словно угодил под многотонный пресс.

Что за…

Я перевел огонь в зону промелькнувшей тени.

Безостановочно выпуская плазменные разряды, в какой-то момент беспорядочной пальбы я увидел, в кого стреляю. Ранее незримый враг проявился.

Сначала я не поверил своим глазам. Что-то похожее на метрового паука напрыгнуло на доктора Стивенс. Та дергалась в конце пещеры, словно муха, прилипшая к незримой ловушке. Возможно, я плазменным огнем выжег у твари способность быть невидимой.

Сблизившись, я манипулятором снял призрачного монстра с тела Стивенс… или с того, что от него осталось, сжал металлический кулак, сминая гада, и отбросил его.

Впечатавшись в стену, тварь замерла, а я уже заметил другую – ту, что, видимо, перед смертью зацепил Рамирес. Захват цели, очередь импульсных пуль… Черта с два, пули отскочили рикошетом!

Я навел другую руку – с плазмаганом. Ш-ш-шух! Звука не было, но все знают, как звучит плевок плазмы. Тварь отбросило, но не убило. Я заметил, что она состоит из чего-то кристаллического, мерцающего, меняющего фактуру от невидимости до смутных очертаний, словно тень приобретала объем.

Ш-шух! Ш-шух! Еще два заряда добили «паука».

Камеры, встроенные в шлем, зафиксировали движение за спиной, и я развернул «Джаггернаута». Костюмы-скафандры исследователей и Рамиреса лежали неподвижно и выглядели так, словно сдулись.

Я зарычал, злясь и на себя, что поддался шантажу, и на идиота Джерри, окинул взглядом пещеру, ставшую гробницей для четырех ученых и двух моих друзей.