Сидус. Вида своего защитник

Сначала я активировал «Блеф», а потом вырубил «Щит Предтеч».

На третьей секунде «Блефа» из шести, оставшись без защиты, я, вернее моя копия, очень быстро умер, чем окончательно утвердил наших противников в мысли о том, что мы, хомо, совсем глупые. Даже когда нет шансов, продолжаем бороться и страдать, хотя можно было просто сдаться и обойтись без боли.

– Осторожнее, – предупредил своих огья Асарикавиа. – Он не мертв, у него «Блеф». Продолжаем, пока не распылим жалкого хомо на атомы.

«Забавно, что ты заговорил об атомах», – подумал я, наблюдая со стороны в ожидании, когда каждый атом моего тела превратится в заряженную частицу.

Однако время шло, но ничего не происходило. Мой хитрый план погибнуть не по-настоящему, чтобы уничтожить врагов, провалился.

Но почему?! Ведь «Блеф» создал мою точную копию! Я запаниковал, пытаясь вычислить, где просчитался. «Отмщение» копии должно было отомстить за меня, разве нет? Может быть, оно не сработало, не посчитав смерть копии достойной мести?

Нет.

Просто нашлось кому мстить за меня.

Там, где колыхался желеобразной массой холмик грязи, который поглотил хомяка, кое-что происходило. Увлеченные моим расстрелом, противники не увидели, как возвышение растет, как достигает трех метров, потом десяти… и как с него стекает земля, открывая моему взору «гкхом’миакк’тигурра Тигра 50-го уровня».

Моя дочь Микки, подарившая мне его, и подумать не могла, что ее питомец превратится в такого монстра.

Гигантский хомяк достиг размеров тираннозавра и, кажется сам слегка потрясенный своими размерами и мускулатурой, удивленно повел могучими – и тощими на фоне остальной туши – лапами, нервно дернул двухметровыми усами и радостно фыркнул носом размером с флаер. Глазки-бусинки, превратившиеся в глазищи-подносы, сощурились, и он сделал первый шаг, от которого ощутимо прогнулась земля. Шерсть на загривке яростно встопорщилась, превратив хомяка в настоящее чудовище.

Тем временем мой «Блеф» закончился, и место погибшей копии занял все еще живой я.

И первое, что сделал, – активировал живую броню. Второе – судорожно отпрыгнул и откатился подальше от того места, куда, разгорячившись, прыгнул гигантский хомяк.

Рапторианцу Пегул’Янквату повезло, его просто расплющило в лепешку.

В атаку Тигр вложил боль и страдания, накопленные за последние дни, ведь он умирал много раз, мучительно и страшно, и ничего не мог с этим поделать.