Жатва душ. Остров мертвых

Накину капюшон, перевяжу – хоть какая-то защита, если за горло будут кусать…

Интересно, как там Карина? Тоже стала бездушной оболочкой, как горничная, или выжила? Хотя сомневаюсь, что у нее вообще была душа. Странно, но я за нее немного переживал – не чужой все-таки человек, были у нас и счастливые моменты…

К черту!

Глава 4. У вас есть вода?

Вооружившись вешалкой, я осторожно вышел в длинный, точно больше ста метров, коридор с квадратным окном вдалеке, уменьшенным перспективой до размеров форточки.

Прислушался, всмотрелся в темноту. Толстое ковровое покрытие могло заглушать шаги.

Достав смартфон, я включил фонарь и, подсвечивая себе, осторожно пошел вдоль стены к следующему номеру. Закрыто.

Подкрадываясь к дверям, толкал их, но пока везде было заперто, а на стук никто не отвечал. Звать уцелевших я не рисковал, чтобы на голос не сбежались зомби.

На шестой двери повезло. Из-за нее слышалась музыка, причем я знал песню, она была из тех, от которых не спрячешься: «Забирай меня скорей, увози за сто морей! И целуй меня везде, восемнадцать мне уже…»

Воодушевленный тем, что там могут быть мои живые соотечественники, я толкнул дверь, и она поддалась, но проход загородили.

Из полумрака номера с задвинутыми шторами, урча и похрипывая, вывалился толстый голый мужик, весь поросший черными кудрявыми волосами. Он слегка пританцовывал под музыку, но как-то дергано.

– Привет, сосед! – поприветствовал я. – У вас есть вода? Вчера перебрал, с утра сушняк ди…

– Ур-р-р… – перебил мужик и полез обниматься.

Я отступил и поинтересовался:

– Душа есть? Нет? А если найду?

Спрашивал для проформы, в свете фонаря его перекошенное лицо и бессмысленный взгляд говорили сами за себя – оболочка. Зомби. Но было и подтверждение системы:

Виталий Клюка, 42 года

Активная опустевшая оболочка 0-го уровня: 100%.

Зомби, еще вчера бывший неким Виталием Клюкой, припадая на левую ногу, заковылял ко мне.

Я подавил панический порыв долбануть его сразу, спокойно отступил на шаг-другой, чтобы было пространство для маневра, а заодно всмотрелся в лицо.

Виталий был не Виталий. Его глаза затянула белесая пленка, из носа вывалилась засохшая сопля, ноги испачкались в дерьме. Вместе с душой ушел и разум, я не видел никаких проблесков сознания, а телом двигали лишь инстинкты. И снова это жутковатое урчание, доносящееся из нутра зомби.