Жатва душ. Остров мертвых

Выходит, последние десять процентов «активности» снять сложнее всего. На третьем ударе вешалка изогнулась, едва не переломившись в середине, оставив зомби с процентом «активности» и шансом оклематься.

Преисполненный решимости, я переломил вешалку, взял острую трубу без зубьев, примерился и с криком: «Нахум Панганибан!» – вогнал ее в грудную клетку, как кол в сердце вампира.

+1 универсальный кредит (итого: 3).

Богатство-то прирастает не по дням, а по часам! Еще семь кредитов, и куплю автомашину с магнитофоном, пошью костюм с отливом – и в Ялту! То есть возьму себе первый уровень.

Почему-то мне это казалось важнее, чем жалкие бонусы к урону или защите… Хотя нельзя забывать о квалификационных требованиях для перехода к следующей волне Жатвы: без одного тысячу кредитов, по идее, нужно всегда держать в запасе. Ха! Легко сказать, а ведь это сколько трупов нужно за собой оставить?..

Здесь было не просто очень жарко, но еще и душно. Воздух лип к коже, ручьем бегущий пот заливал лицо и щипал глаза.

Я вытер лоб, размазав кровь зомби, повернул голову к Максу, обкладывая его трехэтажным матом, но прервал словесный поток, потому что сисадмин сидел, привалившись спиной к стене и свесив патлатую голову на грудь, а фонарик, выпавший из его руки, откатился в сторону.

Ну вот, не хватало еще, чтобы он стал «опустевшей оболочкой». Вспомнился приветственный текст, где говорилось, что «вторая волна: в процессе», и я завершил ругательство, но оно было окрашено уже не злостью, а отчаяньем.

Получается, вот так проявишь малодушие – и прощай, душа? Струсил – пополнил ряды зомби?

Нужно скорее обыскать бытовку, пока Макс не восстал и не набросился…

Бывший сисадмин дернул ногами, крутнул головой, замычал, а я подумал, смогу ли его прикончить, если пару минут назад мы еще разговаривали. Может, он вообще последний одушевленный, кроме меня, на планете!

– Е-ма-а-а… – протянул Макс, убрал патлы с лица, посмотрев на меня вполне осмысленно, и проворчал: – В лицо не свети, мент, что ли?

Он поднялся, потряс головой, подавил тошноту.

– Тебя что, вырубило? – спросил я то, что и так было понятно.

Макс, видимо, своей слабости стеснялся и проворчал:

– Я же говорил, не боец, у меня гемофобия с самого детства. Знаешь, да, чё такое? Когда не переносишь вида крови…

– Не гомофобия, и ладно, а то я бы еще постеснялся с тобой на публике появляться.

– Это почему? Я, вообще-то, ничего против п… э… геев не имею.