Дисгардиум 5. Священная война

Когда я исходил его вдоль и поперек, липкий страх начал разъедать мои внутренности. От желудка что-то подкатило, встало в горле, а потом меня стошнило! В игре!

Сразу после этого жутко захотелось пить. Всплыла странного вида системка, нехарактерная для Диса, что-то вроде окошка из древних компьютерных программ, черным по красному мелким шрифтом:

Вас мучает жажда!

?50 % от выносливости.

?1 % от жизни каждые 5 минут.

В горле саднило, я не мог думать ни о чем, кроме как о питье, и вовремя вспомнил, где в Тристаде колодец.

Он находился там же, где и раньше, в паре кварталов от таверны. И ведро было на месте. Набрав его, я долго и жадно пил, не обращая внимания на ломоту в зубах от ледяной воды. Утолив жажду, я ощутил голод, но его можно было перетерпеть – жизнь не отнималась, лишь немного просели сила, выносливость и скорость регенерации. Дебафы подсказали, в каком направлении мыслить.

Прислонившись спиной к колодцу, я сел наземь и попробовал понять, что происходит.

На этапе создания «Дисгардиума» среди отцов-основателей велось много споров о том, как много реалистичности вносить в игру. Голод и жажда стали одним из наиболее серьезных камней преткновения – потому что включение в игру одного требовало и другого. Есть ввод – значит, должен быть и вывод. Против активно голосовала не только часть разработчиков, но и все игровое сообщество. «Зачем создавать волшебный виртуальный мир и делать его таким же, как настоящий, со всем его дерьмом?» – вопрошали лидеры мнений.

В итоге они победили: есть и пить в игре стало необязательно, и, даже употребив что-то внутрь, надобности в туалете не было. Мы ели в таверне, потому что вкусно, а не потому что нужно. Да и бонусы от блюд и напитков лишними не бывают. Как когда-то говорил Мэнни, алкоголь в Дисе – прекрасная альтернатива реальному. Пьешь, пьянеешь, но безо всяких негативных последствий для организма.

Итак, Разоритель Харнатеа перетащил меня в Бездну. Ведь так? Я в Бездне?

Но что такое Бездна? Мы все ее постоянно упоминали, заменяя ею ругательства.

Бегемот не раз говорил, что Бездна – главная опасность для мира, а Чумной мор питают ее эманации. Неужели Бездна – самая первая версия Диса, в которую играли бета-тестеры? Они же признали ее неиграбельной, в результате чего концепцию реализма пересмотрели. В той, первой, версии, говорят, отсутствовала кнопка выхода – чтобы погружение было действительно полным.