Level Up 3. Испытание

Проходит крит, и с Картера слетает больше десяти процентов здоровья. Его лицо искажает гримаса боли и… удивления? Он резко вырывает из моей ослабевшей руки копье и проворно отбегает за спины своих юнитов. Догнать и врезать ему еще не дают виснущие на мне мобы. Один из них воткнул ротовые щупальца мне в икру и, урча, тянет кровь. В том месте, где он присосался, стремительно чернеет кожа, и икра начинает бугриться россыпью вспухающих волдырей. Гроздь дебафов от отравления до кислотного ожога сигнализирует, что дело – труба.

Тем временем меня осыпают градом ударов по спине, плечам, но, хоть удары и адски болезненные, урон от них невысок – снимается по два-три процента. Стрела, кстати, отняла немногим больше, но надеяться не на что – впятером запинают. Врезаю каждой твари не разбирая, куда придется, а той, что присосалась, вырываю пучок щупалец, обмотав ими кулак, чем загоняю ее здоровье в красную зону. Она резво отползает, бросив дубину, но я уже не обращаю на нее внимания – путь свободен. Когда я, развернувшись, бегу прочь как можно скорее, очередная стрела пролетает в сантиметре от моего лица.

Достигнув границы зоны, оборачиваюсь и вижу, что за мной никто не гонится. Добыча оказалась зубастой, да и захват нейтрального участка для Картера, полагаю, сейчас важнее.

Проникаю сквозь силовое поле и оказываюсь почти дома – в своем гексагоне. Дорога к родному оврагу занимает весь остаток вечера. Мелочь – крекники, кирпи и свистаки – куда-то попряталась, и даже шипастых тараканов-сарасуров на дне оврага не видно.

Через овраг я пробираюсь очень осторожно. Механика этого мира мне доподлинно неизвестна, возрождаются ли здесь мобы, а если да, то с какой регулярностью – пока вопрос. В пользу того, что их респаун вполне возможен, свидетельствует развоплощение трупов. Это явление имеет игровые корни, а в играх свято место пусто не бывает. Так что и респаун Крекеня вполне возможен, вопрос только – когда?

Впрочем, овраг я преодолеваю без проблем. Видимо, мелкие мобы попрятались, потому что скоро ночь.

В это время, как предупреждала система, выходят на охоту жуткие ночные плотоядные хищники. Но есть ли тут травоядные? Ощущение, что здесь все питаются всеми. А самые мелкие, у кого кишка тонка охотиться хоть на кого-то – падальщики.

Голода и жажды я не испытываю, заменив пищу и воду поглощаемыми ресурсами сущности. Именно они, похоже, дают мне все необходимое для жизнедеятельности, как-то встроившись в энергообмен моего организма.