Нартыгъэ-Адыгагъэ

Набожные с благоговением слушали религиозные поучения имама, но язычники шепотом издевались над его словами и бородой, а чалму его сравнивали с головным убором вдов».

В январе 1842 г. адмирал Л. М. Серебряков, писал начальнику Черноморской береговой линии графу Анрепу (Источник книга «Кавказ: земля и кровь» (автор Я. А. Гордин):

«… Магометанство особенно усилилось …, чему с необыкновенным успехом содействовал бывший в 1826 году пашею в Анапе Хаджи Гасан Чечен-Оглу, который разослал в горы до 25 мулл для проповедования исламизма, … При всем том, и теперь еще можно полагать с достоверностью статистических данных, что все прибрежное народонаселение от Анапы до Гагр почти поровну делится на приверженцев старинных обрядов, или язычников, и последователей ислама.

»

Николай Дубровин, примерно в1867г., пишет:

«С наступлением теплого времени, и именно 7 апреля, черкесы праздновали нагышатах – подарок свежими цветами. В этот день девицы и молодые женщины толпами отправлялись в поле, собирали цветы и дарили ими друг друга».

(Нагъыщхьэтыхь – обряд в честь Духа садов и огородов Хатэ-гуащэ.)

К черкесской религии относятся ритуальные маски, выставленные в Российском этнографическом музее (СПб), они одевались «джегуако», «ажэгъафэ», «хатияко» и др., при исполнении древних ритуалов.

Стремление к единству народа ради защиты Родины, дало мусульманам видимость правомерности для убийства религиозных деятелей традиционной религии черкесов. Но эта видимость утратила силу, когда РЧВ закончилась позором для всех чудесных обещаний магометан.

Далее, отдельные субэтносы смогли исповедовать свою коренную религию до прихода большевиков.

Географически, Кавказ оказался на линии жесткого соперничества ислама и христианства. Принуждая свой народ к чужой религии, элита пыталась решить насущные стратегические вопросы. Их главной целью было защитить Родину от колонизации, защитить народ и т. д. Безусловно, на каком-то четвёртом-пятом плане была и цель спасти своё имущество и власть.

Главное, они рассчитывали на то, что вступая в большой круг единоверцев, у них будет поддержка, чтобы выстоять перед лицом надвигающейся опасности, в лице соперничающего авраамического контекста – православной Российской империи. Однако, на деле оказалось, что враждующие филиалы одного бога способны договариваться между собой, духовные противоречия не стали препятствием, победили банальные материальные интересы.