Убийцы с партийным акцентом

Умоляю вас во имя России принести эту жертву!.. Я не вправе скрыть здесь, каким опасностям вы лично подвергаетесь в случае решения принять престол… Во всяком случае… я не ручаюсь за жизнь вашего высочества».

Он сделал трагический жест и резко отодвинул свое кресло» (Шульгин В. В. Дни. 1920. Москва, издательство «Современник», 1989).

Шульгин тоже высказал своё мнение: «Почти все члены нового правительства опоры вам не оказали… Можно ли опереться на других? Если нет, то у меня не хватит мужества при этих условиях советовать вашему высочеству принять престол» (там же).

В отречении Михаила Романова говорилось: «Тяжкое бремя возложено на меня волею брата моего, передавшего мне императорский всероссийский престол в годину беспримерной войны и волнений народных, Одушевленный единой со всем народом мыслью, что выше всего благо родины нашей, принял я твердое решение в том лишь случае восприять верховную власть, если такова будет воля великого народа нашего, которому надлежит всенародным голосованием через представителей своих в Учредительном Собрании установить образ правления и новые основные законы Государства Российского.

Посему, призывая благословение божие, прошу всех граждан Державы Российской подчиниться Временному Правительству, по почину Государственной Думы возникшему и облеченному всею полнотою власти, впредь до того, как созванное возможно в кратчайший срок на основе всеобщего, прямого, равного и тайного голосования Учредительное Собрание своим решением об образе правления выразит волю народа» (Вестник Временного правительства, 1917, 4 марта).

Однако отречение Михаила Романова повлекло за собой ещё более катастрофические последствия для России, чем отречение самого императора. Этот акт, вверяющий всю власть в стране Временному правительству, уничтожал законодательные учреждения, что привело к анархии и захвату власти большевиками.

И Романовых стали истреблять. Причём целенаправленно. В ночь с 12 на 13 июня 1918 года. Василий Иванченко с сообщниками прибыл к «Королёвским номерам» в Перми, где жил Михаил Романов, на двух фаэтонах.

После похищения Михаила Александровича и Джонсона он сел в один экипаж с Великим князем, и процессия отправилась в сторону посёлка Мотовилиха. Примерно в семи километрах от Мотовилихи и в километре от керосиновых складов Нобеля экипажи свернули с дороги в лес и остановились. Была дана команда выходить. В этот момент первым выстрелом был убит Джонсон. Затем расправились и с великим князем.