Паутина

Хотелось поскорее уйти, однако был еще вопрос.

– Прошу прощения, если вопрос не в вашей компетенции, но к кому мне обратиться, чтобы организовать транспорт для использования спецразрешения?

Офицер только пожал плечами и сел в кресло.

– Раз у нас с вами уже начался диалог, может быть вы мне все же подскажете? Я не думаю, что чартер летает до Австралии, – повторил попытку Александр.

Офицер что- то спросил у своего соседа, между ними завязался разговор, содержание которого ускользало от сыщика из- за звуконепроницаемого стекла.

Оба усмехнулись, кивнув в его сторону. Наконец главный приблизился к интеркому.

– Мы в час ночи такие вопросы решать не будем. Приходи завтра. А лучше не приходи.

Переход на личности слегка задел Филатова, но тот не подал виду.

– Послушайте, я ничего не прошу вас решать. Я прошу только подсказать мне, каким образом что- то возможно сделать. Это спецразрешение нужно мне не просто так, речь идет о человеческой жизни и хотелось бы как можно скорее добраться до нужного места.

– Слушай, парень, тут одним звонком от командора в поздний час подняли со стула трех человек: меня, помощника и канцеляра, который и так просиживает после рабочего дня, пока все не сделает. Оперативные все на ушах. Поступи правильно, оставь нас в покое, дай достоять спокойно.

– Вы меня, наверное, не понимаете. Мне нужно попасть на фронт. Очень срочно. Пропал человек, – Александр незаметно для себя стал хрустеть суставами пальцев. Всегда так делал, когда начинал злиться.

Нехорошо.

– Ты что, хочешь, чтобы я поднял командующего воздушными силами и попросил его дать тебе вертолет в качестве такси?

– Нет, может быть, вы сможете предупредить, и я полечу грузовым. Это абсолютно не принципиально, главное – точка назначения. Наверняка, туда летают с провизией или боеприпасами.

– То есть мне ради тебя дергать оперативных, прозванивать базы, поднимать расписание, связываться с местной дежурной службой? И почему? Потому что у тебя фамилия Филатов?

– Может потому, что вам, ублюдкам, надо ценить человеческую жизнь?! –вспылил сыщик, – пропал человек, чья- то дочь, мне это спецразрешение выдано, чтобы я мог ее найти, пока ваши разводят руками и зачеркивают ее как строчку в боевых потерях! Конечно тебе насрать, ты сидишь в своей будке, пока другие пропадают без вести.

Охренеть можно, позвонить кому- то в такой же будке, разбудить его не дай Бог, ради спасения жизни человека! – Александр начинал распаляться.