Моя признательность разуму

Такое изменение сознания существенно облегчало вовлечение природных явлений и предметов в жизнедеятельный «оборот» человека, что, безусловно, способствовало дальнейшему его развитию, несмотря, повторим, на отсутствие научных обоснований природных причинно-следственных связей. Место научных знаний, достаточно успешно для повседневной деятельности, замещала вера во всемогущество единого Бога.

Необходимо подчеркнуть, что все упомянутые элементы культуризации человека не затрагивали основ всех обществ тех времен – доверие к испытанным, «старым», приемам и способам деятельности и недоверие к любым новациям в этой части.

Общества с подобной деятельностной ориентацией людей получили название «традиционных обществ».

«Врожденное» недоверие к новациям предопределило низкие темпы развития таких обществ, их «консервацию» на многие столетия и даже тысячелетия. Большинство стран мира по сию пору имеют своей основой традиционные общества.

Человек в традиционном обществе

Ниже речь пойдёт не обо всех аспектах положения человека в традиционном обществе, а лишь о достигнутой им степени разумности своего поведения.

Каков он, человек традиционного общества? Очевидно, этому человеку присущи какие-то черты, одинаковые для всех людей всех традиционных обществ. Видимо, можно вычленить совокупности черт, характерных для людей каждого традиционного общества, а также для локальных групп внутри этого общества – статусных, профессиональных, региональных, религиозных и т.

 п. Ну, и, конечно, можно говорить об индивидуальных чертах каждого отдельного человека традиционного общества.

В числе черт, общих для всех людей традиционных обществ, можно указать следующие:

– Опора в жизни только на проверенное, испытанное предыдущей жизнедеятельностью.

– Недоверие ко всему новому, как непроверенному своим жизненным опытом (в т.ч. и тому, что уже давно не новое в других краях).

– Природный («первобытный») агностицизм, основанный на осознании своей фактической неспособности понять сложности окружающего мира и мира внутреннего.

(Перед человеком «открывается ужас мира и собственная беспомощность» – К. Ясперс).

– Неизбежная и неискоренимая вера в надличностные силы – во всемогущество Бога (в любой редакции) и в справедливость доброго царя (также в любой редакции), как представителя этого Бога на Земле (в православно-христианском варианте – «всякая власть дана Богом»).