Бусины

 – Я не могу забыть, как мать навязывала мне свои образы мыслей и действий, критикуя меня и мои увлечения. До сих пор от этих воспоминаний в душе все клокочет. Но пока ты ребенок, ты просто приспосабливаешься, – Рисс горько вздохнул. Он жил со своими родителями, держа свой мир за семью замками, мечтая о свободной взрослой жизни, когда он сможет сам решать, с кем быть и что делать. Рисс даже не предполагал, что, когда он уйдет от родителей, его одиночество и постоянная настороженность станут, с одной стороны, потребностью, а с другой – болью.

Перебирая в памяти события своей жизни, он пришел к выводу, что, не имея в детстве родительского одобрения и похвалы в его мальчишеских поисках и победах, он и сейчас, будучи уже мужем и отцом, так и не нашел такого желанного и пока еще не изведанного чувства покоя и удовлетворения. Как когда-то в детстве, выслушивая критику в свой адрес, Рисс сейчас сам критиковал себя, придирался. А когда в словах жены ему слышались нотки упрека и раздражения, спешил защититься от нее резким и обидным словом или убегал из дома по делам, которые он так умело себе придумывал.

Рисса встряхнула увиденная им картинка. Он увидел свою жизнь как повторение одного и того же кадра, название которого «Защищайся!» Увидел и опешил. Впервые, открыв двери своего мира, он увидел жену, детей, коллег по работе. И впервые спросил себя:

– Рисс, а опасны ли на самом деле для тебя эти люди? А о чем мечтает женщина, с которой ты делишь постель и растишь детей? Что ты знаешь о своих детях?.

.

Спросил и задумался.

МАЛЯ

Чувство беспокойства и постоянно ноющая вина за что-то и перед кем-то были верными спутниками жизни Мали. Она была рабочей пчелкой, потому что мечтала создать крепкий и надежный материально финансовый плот, чтобы уплыть на нем в счастливое будущее.

Ей все удавалось. Семья процветала, дети выросли, отделились. Муж был – золотая голова и умелые руки. Но… Плот для путешествия в страну счастья был все еще в проекте.

И в очередной раз, занимаясь прополкой грядок, она взбунтовалась: – Надоело!.. Целый день пашу на работе. Вечером обзваниваю детей с затаенным страхом: все ли у них хорошо? А потом тупо пялюсь в телевизор, чтобы хоть как-то уйти от постоянно беспокойства:

– А что завтра?.. А если?.. А вдруг?.. – и Маля заплакала. – А ведь так хорошо начиналось. Летела по жизни с шуткой, с абсолютной уверенностью, что и завтра будет любовь и радость! А теперь.