Король репортажа. Публикации В.А. Гиляровского в газетах и журналах конца XIX века

По-прежнему он влетает ко мне почти каждый вечер и одолевает меня своими сомнениями, борьбой, вулканами, рваными ноздрями, атаманами, вольной волюшкой и прочей чепухой, которую да простит ему бог»

.

Чехов не вполне прав. Находились покупатели на стихи Гиляровского. В газетах печатал их под различными псевдонимами ещё будучи актёром, о чём сам рассказал в мемуарах.

Однако спрос на его лирику оказался не велик. И успехи в области поэтической юмористики тоже. Характерный пример – опубликованное московской «Русской газетой» летом 1881 года стихотворение «Бюст»

.

Лирический герой описывает историю своей женитьбы. Точнее, выбора жены:

Познакомился я с нею

В благороднейшем семействе

И никак не мог подумать

Об обмане и злодействе!

Что за «обман», понял слишком поздно. Сначала – ухаживал «целый год совсем бесплодно».

В итоге сватовство, венчание. Однако и разочарование —

Этой девственною грудью

Я один лишь обладаю!!! —

И супругу в исступленьи

Крепко к сердцу прижимаю!

И представьте, что нашёл я:

Грудь прямая, как лопата,

Чем я прежде любовался,

Была вата! только вата!!!

Газеты «Русское слово» и «Московский листок» тоже публиковали стихи Гиляровского.

Но к этой поэзии он сам относился иронически —

Вот и в газете теперь здесь пишу я:

Злое караю, добро похвалю,

И про стихи и куплеты трактуя,

Так выражаться всегда я люблю:

Лишнего меньше, и краткость в куплете;

Мысли же – более силы придать!..

Ну, а в душе-то идеи не эти, —

Как бы… побольше с редакции взять!

В «Московском листке» пробовал Гиляровский силы и как фельетонист.

Для этого выбрал псевдоним новый, привлекающий внимание: «Проезжий корнет».

Псевдониму стиль вполне соответствовал. Будто и впрямь о своих поездках, балагуря, повествовал молодой офицер. Гиляровский даже стихи помещал в фельетоны.

Можно сказать, он и в журналистике оставался актёром. Хотя бы отчасти. Вот и сыграл «проезжего корнета».

Удачно была выбрана маска. Но издатель «Московского листка» – Н.

И. Пастухов – счёл неуместным такой псевдоним для репортёра.

Пастухов, как рассказывал позже Гиляровский, прочёл репортаж о пожаре на одной из крупнейших московских фабрик, а «потом засмеялся.

– Корнет? Так корнету и поверят!

Зачеркнул и подписал: «Свой человек»»

.

Этим псевдонимом подписаны и другие репортажи Гиляровского в «Московском листке». Включая корреспонденции о так называемой Кукуевской железнодорожной катастрофе.