Дурка. Основано на реальных событиях

Сразу сложился паззл, с каких он пор здесь и за что. Он напомнил мне Шрека.

Я отправился на свою лежанку. За окнами стояла ночь, и сквозь неё медленно барабанил дождь, унося меня мыслями куда -то в обречённый угол сознания…

Вдруг послышался шорох колёс за окном, стук закрывающейся со скрипом двери… Где-то я его слышал, этот ни с чем не сравнимый звук дверей буханки. Затем, через пару минут, раздался звук открывающейся сейфовой двери, грохот, ор. Скинхед в непонятках проснулся, прибежала дежурная медсестра к нам в палату.

– Куда – куда, вот свободная, – с обречённым видом проговорила она. Заходят два санитара, похоже, из машины, под руками у них здоровый мужик, обильно изливающийся матом.

– Ну что, куда его, да мы пойдём, – запыхавшимся голосом с одышкой промолвил один из них.

– Да вот, вот, сюда же.

Я не знаю, как они его сопровождали до палаты, но в тот же миг он расшвырял их, как котят. Медсестра завизжала: «Серёжа, помогай!»

Скинхед Серёжа стоял сзади, переминаясь с ноги на ногу.

Он подошел к мужику, заломал руки. Это было, конечно, проблематично, но он взял верх, далее подскочили два сопровождающих и помогли уложить бунтаря на кровать. Кое – как привязали. Как же он орал, плескался матом и с такой пошлостью, о которой не слыхивал самый прыщавый подросток!

В первую очередь мат летел в сторону медсестры, он её знал, оказывается, так он здесь постоялец. Чтобы хоть как-то его успокоить, женщина вколола ему лошадиную дозу лекарства, но он не утихал, параллельно разбудив соседние палаты, но, как я заметил, остальных это не сильно тревожило.

Выхватив от скинхеда по лицу, он немного успокоился, но продолжал ругаться извращённым матом, что и куда он с ней делал и сделал бы сейчас. Женщина покраснела: «Лёша, ну ты же нормальный, что ты такое говоришь».

Но Лёша был далеко не нормальный в этот час и не успокаивался. Красная, как рак, она ушла. Лёша получил ещё и от соседа. Конечно, неправильно бить лежачего со связанными руками, но в этот момент мне тоже хотелось его ударить.

Наконец препарат его успокоил, и он замолчал.

Все, кто был не равнодушен к данному действию, благополучно заснули, даже маленький Дима порадовался про себя. Так прошёл ещё день.

На утро мужичину Алексея развязали. Каково же было моё удивление, когда я узнал, что он тихий и скромный электрик с двумя дочерями. С противоположной койки прозвучало: «Как ты себя вёл вчера?».

«Я ничего не помню», пробурчал он. Хороший стандартный ответ.