Дурка. Основано на реальных событиях

Вдруг из этого стадо донеслось: «Новенький!!!».

Тут меня охватил такой безнадежный ужас. Я почувствовал себя загнанной кошкой в угловой ловушке помещения, окружённой живодёрами. К сожалению, мяукарь из меня так себе. Я искал глазами Лешего, он куда – то ушёл, как оказалось позже, за спальными принадлежностями: наволочка, пододеяльник, простынь. Он выдал мне всё это, указал на свободную кровать, которая стояла вдоль бежевой стены, и сказал: «Брат, только не делай глупостей и веди себя хорошо.

Кстати, на обед пойдёшь?».

«Нет», – ответил я, и он ушёл в коридор. Я присел на кровать, и натянутые пружины прогнулись подо мной так низко, что под коленом оказался профиль каркаса кровати, напоминавший мне забвение СССР-ских времён. Напротив меня стояли семь спальных мест, расположенных поперёк стены, дальше у огромного решётчатого окна – ещё две кровати, и на моей стороне – шесть. Моя кровать была третья от входа. Я встал, голова жутко болела, тревога сидела на плече, размахивая ногами, паника и ужас хохотали над ней.

Я быстро, пытаясь отвлечься от всех вышеперечисленных, заправил кровать и сел. Обед закончился. Стали заходить люди, но, я не успел толком никого рассмотреть. В коридоре крикнули: «Крючков!».

Я пошёл вдоль спинок кроватей, по ходу движения пропуская людей на уровне плеча. Дальше оказался в сестринской. Это был отделанный кабинет с уютно расставленной мебелью и пластиковыми окнами без решётки.. Я не помню, что спрашивала медсестра, но взгляд её был томный, с неприятными нотками стервозности.

Опять мой взгляд пал на окно, не покидало чувство безысходности, я не слышал, что она мне говорила… Мгновенье, я откидываю её в сторону, как в регби, судорожно открываю окно и вот уже я на краю больничной пропасти. Третий этаж, доли секунды, я уже прыгаю, но тут меня цепко хватает за спину та самая медсестра, слышен хруст рвущейся по швам рубахи…

Не знаю, откуда у неё было столько сил, но она вытащила меня с криками: «Сюда, сюда, быстрее!!!».

Первым прибежал Леший. Он молча скрутил мне руки, прибежал ещё кто-то, меня повели к кровати, привязали к ней по рукам и ногам.

Все, кто лежал рядом, смотрели на меня, как в зрительном зале кино. На их лицах было написано, что они его смотрят далеко не первый раз… Я дергался, прилагая все усилия, чтобы вырваться, а Леший тихо сказал: «Будет ещё больнее, если будешь вырываться».