Дурка. Основано на реальных событиях

Я зашёл в импровизированную умывальню, кое – как поскрёб зубы. Закончил, добрёл до койки, вызвали на укол, я хотел узнать название пилюли, которую мне будут колоть. «Галоперидол» в повышенной дозе… Ну конечно, как раз то, что я люблю. Я подумал, что утро будет не очень добрым, а погода в голове – хмурой. После инъекции яд медленно разошёлся по сосудам системы, и я пополз на лежанку. Все мои соседи лежали, уставившись в потолок, будто бы там было звёздное небо. Лёг, закрыл глаза и стал терпеть, пытаясь вспомнить, как я здесь оказался.

В коридоре прозвучало: «Завтрак!!!». Было 8 утра, все побежали, как стадо на водопой, я не пошёл, яд прибил к кровати, и я снова стал пролистывать страницы моего прибытия сюда…

Я всё время думал о жене Юлечке, как там она без меня, наверное, её улыбка больше не радует окружающих, а ямочки на щеках заполнили слёзы… У меня была жуткая депрессия и апатия, ничего не хотелось делать, никуда идти, всё это угнетало.

А началось всё с визита к психотерапевту в больнице по прописке.

Взяв статталон, я отправился к кабинету. На дверях пестрели надписи, мол, ты ещё не душевнобольной и не всё потеряно, справки на оружие не выдаём. Очереди не было (кто бы сомневался), захожу в кабинет и вижу: справа – аквариум с рыбками, за ним – вечное колесо с перетекающей водой, множество цветов и растений, как в бассейне Амазонки, сопровожденных звуком текущей воды. Далее – небольшой телевизор с чёрным корпусом, ещё с трубкой, а не ЖК, и во всём этом зелёном оазисе – маленький юркий мужичок с круглым, пухлым лицом в очках и с усами в стиле 80-х годов. На вид ему было около 45 лет.

Мужичок поприветствовал меня: «Здравствуйте, чего изволите, на что жалуйтесь, рассказывайте, я внимательно слушаю». Всё это он протараторил, как из пулемета, с акцентом на букву Р. Она у него трезвонила, как раненый любовью тетерев на токование. «Со сном проблемы, апатия, ни с кем не хочется общаться», – отвечаю ему, слегка покраснев. «ХоРошо, а можете Рассказать по памяти любое стихотвоРение пеРвому встРечному?» – протрезвонил он.

Не дождавшись моего ответа, он выбежал в коридор, я уже хотел уходить, но через минуту он вернулся с взбитой высокой медсестрой с приятной внешностью и прострелял: «Давай, любой стих в глаза ей».

Я оторопел, покраснел ещё больше, хотелось его послать на буквы, ведущие к логопеду, но что-то было утвердительное в его поступках и пулемётном звонком голосе.