Братство любви Николая Неплюева. В 2-х кн. Кн. 1

Когда я дочитал до ожидания помощи от Человека из Англии, рассмеялся…

“Что касается меня лично, – продолжает моя почтенная корреспондентка, – то я глубоко верю в жизненность идеи нашего инициатора и так много от нее жду… Ведь тогда могло бы случиться то, что вся наша обширная Русь зажила бы новою жизнью, а по лицу земли русской кооперации вырастали бы как грибы. Тогда песенка капитализма была бы спета; Давид победил бы Голиафа его же оружием; дайте только сначала в руки Давида пращ да не препятствуйте сражаться под знаменем лозунга во имя Бога и человека за мирный труд и прогресс!”.

В postscriptum прибавляется, что новую идею разделяет другой мой сочувственник и корреспондент, фотограф, забракованный в солдаты за глухоту на одно ухо. “Теперь он всем своим существом отдался новой идее и готов жизнь положить за нее”, хотя он “был толстовцем с головы до пяток”.

Прочел я это письмо, и невесело мне стало на душе. Хотя и незнакомые, но расположенные мне люди, люди, вероятно, очень хорошие, пылкие энтузиасты, требуют у меня сочувствия.

Их осенила “идея”, показалась им великой, и я должен дать громкое выражение. Но, друзья мои, простите меня, я такой идее не сочувствую. Не могу, сколько бы ни убеждал себя, понять ее величия. Мне эта идея кажется ошибочной и пустой. Если я понимаю верно, суть этой идеи в том, чтобы убедить какого-нибудь капиталиста подарить кружку пролетариев некоторый капитал, на который будет куплена земля и устроена трудовая община, цель которой – борьба с капитализмом и поражение его. Сомневаюсь, чтобы нашлись такие наивные “капиталисты”, которые стали бы организовывать пролетариев в ущерб себе. Мечтать о таких благодетелях просто забавно. И забавна, и возмутительна одна черта почти всех наших “великих идей”, предлагающихся для общественного спасения: все они требуют “денежного пособия”. Иначе как на чужой счет они не могут выдержать даже короткого опыта. На свой счет мы умеем устраивать только нелепо, только отвратительно, – когда же захотим устроиться “разумно” и “честно” – сейчас же требуем субсидии, если не от казны, то от частных благотворителей. Казалось бы, наоборот: если “идея” жизненна и верна, она сама по себе сила огромная и подобно усовершенствованной машине быстро вытесняет все неуклюжие, зачаточные механизмы. Если бы кооперация, о которой пишет дама, была возможна при современных условиях, она давно была бы осуществлена, так как в каждый данный момент осуществляется лишь то, что возможно.