Предание об Атлантиде

Горельеф работы Джотто с изображением Форонея (первая половина XIV века)]: они весьма дружественно расположены к афинянам и притязают на некое родство с последними. Солон рассказывал, что, когда он в своих странствиях прибыл туда, его приняли с большим почетом; (22a) когда же он стал расспрашивать о древних временах самых сведущих среди жрецов, ему пришлось убедиться, что ни сам он, ни вообще кто-либо из эллинов, можно сказать, почти ничего об этих предметах не знает. Однажды, вознамерившись перевести разговор на старые предания, он попробовал рассказать им наши мифы о древнейших событиях – о Форонее[13 - Фороней был сыном Инаха («быстротекущий»)[93 - Инах (др.

-греч. ??????) – бог одноимённой реки в древнегреческой мифологии.] и Мелии («ясень»)[94 - Мелиями называли нимф Ясеня – самых древних и единственных смертных нимф. Были порождены Геей от крови Урана и считались кормилицами Зевса.]. По словам греческого историка Акусилая (V век до н. э.)[95 - В русских научных источниках жизнь и деятельность Акусилая датируют между 575 и 525 годами до н.  э. либо второй половиной VI века до н. э.], в его время произошёл Огигов потоп, и, действительно, имя, которое означает «тот, кто родился после», будет знаковым для героя потопа. Не менее важным являются его происхождение, имена его отца, связанное с характерным аспектом потопа, и его матери, обозначающее материал, из которого был сделан «ковчег» Форонея. После этого наводнения, говорят, он собрал рассеянные остатки человечества и дал ему культуру, а также огонь. Его подопечные должны были быть пеласгами, представителями известного древнейшего племени Греции, и он упоминается в качестве их «первопредка», который, хотя и не рассматривается как автохтон, должен считаться «культурным героем» или «царём». Через своего отца, который был «сыном Океана» («быстротекущий») и Тетис («подательница» или «кормилица») – иными словами, происходил от морских божеств, – он сохранил рудименты предания о потопе. Про Инаха говорили, что он привёл аргивян с гор на равнину после великого потопа и стал их первым царем. Фороней стал царём Аргоса после него. То, что это не согласуется с мифом, упомянутым в первой части настоящей записки, не следует осуждать слишком строго: многие греческие мифы запутаны, потому что, когда многочисленные мелкие группы постепенно объединились в несколько больших племён, их традиции накладывались друг на друга и перемешивались.