О ПМЖ в Израиле и не только. Часть 1

Я уезжал ещё из СССР.

Надо сказать, что в СССР я был записным антисоветчиком. Я был одним из лидеров днепропетровского неформалитета.

Я уехал в Израиль по трём причинам. На меня было заведено уголовное дело за клевету на члена бюро обкома КПУ, потому, что уехать из Украины хотела моя вторая жена и потому, что к моменту отъезда я был администратором школы еврейской традиции.

Ну и конечно, потому что все другие пути были уже перерыты, Сохнутом и Нативом.

Когда мы приехали в Израиль, я жена и трёхлетний сын, мы поселились в Араде.

Жена врач стоматолог, работала уборщицей в гостинице мертвого моря, а я сначала слесарем по жалюзям, потом на прессе склейки фанеры, потом завхозом в бедуинской школе в Ксейфе, потом охранником в бюро по трудоустройству и помощником повара на заводе Тельма.

Через полтора года переехали в Кирьят Малахи, и жена пошла не дополнительные курсы стоматологов в Тель-Авиве.

Мы поняли, что мы попали. Но уехать из Израиля, по закону, было нельзя до пяти лет проживания.

Для того чтобы уехать, даже вернуться, требовались большие деньги. Да и возвращаться было уже некуда. СССР не существовало.

1994 год

Из царства мучений да в княжество пыток

Спешили,

надежды питая.

А кто торопил нас на эту попытку

Те нас у столбов и пытают.

Сказали: «Театр там… и живописно»

Театр!

И мы в нем актеры

Нам спины и плечи нагайкой распишет

Один живописец матерый.

Кого-то чуть-чуть покатают на дыбе,

В кого-то иголки втыкают.

Чтоб только не сразу подохнуть могли бы,

Не сразу направились к раю.

И вот на последних не вырванных жилах,

Не зная житья безобразней,

Спешили, спешили,

Ах, как мы спешили…

В столицу империи казней.

1994 год.

В 1994 году мы переехали в Ришон. Я начал работать заправщиком автобусов Эгеда. Работал по ночам. Потом пошёл работать слесарем сварщиком СО2 в Холоне, и мы переехали туда.

Когда сын пошёл в первый класс его начали избивать. Я пожаловался его учительнице.

Она вызвала социальную работницу, которая долго допрашивала сына, не бью ли я его.

Это всё я узнал через год.

– Но может он когда-нибудь хоть раз куда-нибудь ударил? – спросила социальница.

Сын показал на лоб и живот.

Когда я учил его защищаться, я действительно легко касался лба и живота, показывая неприкрытые места. Ну как любой нормальный папа.

Социальница не задала вопрос, было ли это в наказание.

Так я в первый раз был вызван в полицию.