Рождённые с правом на счастье

Все, что я запомнил за это время – короткие фрагменты, в том числе и суд, где как гром среди ясного неба – удар молотка судьи и приговор присяжных: ВИНОВЕН.

***

Я закончил свою историю и поднял голову. Рикки сидел напротив и пристально смотрел на меня.

– Знаю, что тебе больно об этом вспоминать, и обещаю больше не расспрашивать об этом, – сказал он.

– Ты упомянул, что ничего случайного не бывает. Скажи, ты сам улавливаешь хоть какую-нибудь связь между тем, что с нами случилось и тем, что мы с тобой здесь вместе находимся? – спросил я.

– Да, – ответил Рикки. – Связь есть. Более того, все, что случалось ранее, вело именно к этому. Но ответ на вопрос – почему мы с тобой оказались в одном месте и в одно и то же время – найдешь ты сам. Пусть это будет твоим домашним заданием. А я дам тебе небольшую подсказку. В тот вечер на заправке я должен был умереть. Скажем так, это не обязательно должно было случиться на заправке и не обязательно в тот день, но мое время оставить земную оболочку уже подошло.

И тут случилось так, что планы твоего духовного проводника оказались немного другими, к тому же они не противоречили планам моего высшего «я». Именно поэтому мы имеем то, что сейчас имеем, то есть сидим в тюрьме, – сказал Рикки, загадочно улыбаясь.

– Но у меня нет никакого духовного проводника, – пробормотал я неуверенно. К тому же мне слышится так, что я стал виновником твоего заключения в эти стены.

– Ты не так услышал, ведь я сказал о том, что ты продлил мне жизнь.

Но давай оставим эту тему, а то ты сейчас поддашься излишней лирике и мы окончательно уйдем от нашей темы. Твоей маме есть что тебе рассказать по этому поводу, ведь у нее это – как камень на душе. Скажу тебе так: не каждая женщина способна пережить то, что испытала твоя мать. А сейчас ты должен узнать от меня кое-что очень важное. От тебя же потребуется только внимание и полное доверие.

Я начал было говорить:

– Ты знаешь, что я в тебе не сомнева… – когда Рикки перебил меня:

– Снимай свою рубашку.

Просьба была довольно странная, тем не менее, вспомнив предыдущий разговор, я молча снял рубашку.

– Теперь, – продолжил Рикки, – порви ее так, чтобы мы смогли сделать веревки. Эта рубашка тебе больше не пригодится.

Эта просьба была еще более странной. «Уж не задумал ли он побег?» – подумал я. Но, не мешкая, занялся делом: карандашом сделал дырку в рубашке и начал ее рвать. Рикки взял маленький кусочек бумаги и что-то на нем написал.