Первая империя. Книга 1. Том 6. Наследник короны Российской Империи

Вы когда – нибудь видели у новорожденного ребенка оголенный позвоночник? Белые, словно у скелета косточки, торчащие оттуда, где должна быть кожа!? Отсутствующий пуп…слепые глазницы без слезных желез? Отсутствие ануса! Слепой кишечник? Боже, свыше десятка уродств высшей степени!

Нянечки плакали навзрыд в погребальном коридоре Читинского роддома № 2, врачи брезгливо отворачивались от колыбели, словно боялись заразиться от неё, в которой лежала моя умирающая надежда на отцовское счастье! Пожилая врач, акушер – гинеколог с 47 – летним стажем, пряча и утирая глаза носовым платочком сдерживая слезы, шептала – я сорок семь лет отработала…день за днем, ночь за ночью! Но такого не видела никогда! Плачьте папаша! Поплачьте, может вам и полегчает! Хотя я и не знаю, как может быть легче в вашем случае? – и отвернулась, пряча глаза!

Я молча подошел на еле гнущихся ногах к колыбельке, где лежало мое умирающее дитя…На секунду она умолкла, словно почуяла родную кровь и попыталась несколько раз повернуть ко мне свою гидроцефальную головушку, но тщетно, стянутые судорогой мышцы шеи не дали ей это сделать! И словно поняв, что ей уже не выжить, она заскулила, словно умирающий щеночек!! Молила меня и бога дать ей уйти из жизни без мучений….

Силы покинули меня и я…упал на колени, боли нет – только тихая, растущая вширь, темнота и глухота без сознания…Вокруг меня засуетились, забегали какие – то люди, наверное – медперсонал…В нос сунули какую – то гадость! Мозг взорвался приступом адской боли и Вселенского отчаяния! Лучше бы я тогда умер вместе с ней…моей, прожившей всего трое суток, дочерью!

Я даже не успел дать ей имя…нам не отдали её – типа надо провести исследование на гинетический материал…да суки, засорили пробы микробами, пропали пробы…Так мы и не узнали, отчего все это произошло! Откачали меня прямо на полу в кабинете, где под терморефлектором, словно в зале патологоанатомической лаборатории, на столе стояла купель с моей умирающей дочурой!

И когда я вспомнил.

где я и что здесь делаю…Из моей глотки вырвался хриплый, надрывный волчий вой боли и смертельной тоски по моей полуживой – полумертвой донечке…Словно я пел похоронную молитву! Руки сами понесли меня к ледяной кафельной стене..по которой, обдирая их в кровь, я попытался влезть на неё…На высоте около метра – полутора, простенок….