Навсегда моя!!!

Черт, дьявольская улыбка, чёртового обольстителя.  Сексуальный, красивый, властный, просто любая бы взмокла, любая бы отдалась ему тут же. И была бы счастливая, а я что… я верная, стоп… кому? Я больше никому не принадлежу, да и он этот дьявол, он что возомнил, он не может просто так мне такое предлагать. Да и на предложение это не особо похоже. Как – будто перед фактом ставит.... Господи нет, нет, нет, я до чёртиков напугана, что делать? Что же делать?

– Я люблю покладистых девочек, ты же хорошая девочка? Скажи? Будешь хорошо себя вести? Поверь, это будет лучшая ночь в твоей жизни.

– Я не такая, послушайте меня, что вы себе позволяете, какого черта. Просто дайте мне уйти.

А он улыбается в ответ, как будто издевается, провоцирует, искушает. И смотрит так, словно на мясо, пожирая глазами, лапает глазами.

– Думаете, можете изнасиловать меня и просто пойти дальше, я не оставлю это.

– Эй, будешь угрожать мне, протянул руку и схватил за волосы. Строптивая, значит! Да я лично завезу тебя после в участок, помогу заявление написать, это мой город поняла! Тут мои правила.

Опускает волосы и кладёт руку налицо, поглаживает большим пальцем контур губ, медленно, нежно, но в то же время властно.

– Убьёшь меня, да, если не пойду…

Ухмыляется тебе в ответ.

– Боишься?

Я молчу, глаза в стол опустила, смотреть на него не могу… внутри вулканы кипят, извергаются, из глаз искры вот – вот посыпятся от злости. Сердце выскочит из груди, в ушах зашумело...., он сидит такой самодовольный, как будто чай предлагает, всего то лишь.

Хочется швырнуть что-нибудь ему в лицо, когтями вцепится, бить его каменное тело, орать, выпустить всю свою истерику, бушующую внутри.

– Тогда убей лучше, тихо так говорю я, боясь сказать лишнего, а то и пристрелит на месте.

– Ребят моих видишь? Вот они тогда сами с тобой разберутся, не одна сучка не смеет говорить нет в моем присутствии, а они уж точно нежными не будут. А теперь встала и пошла за мной.

Он говорит  это все спокойно, но таким тоном своего грубого голоса, понятно, это приказ.

Или отдаст меня своим горилам на растерзание, лучше он один, да, что, говорю это нихрена не лучше, ничего не лучше, ни то ни это. Боже, Боже помоги мне....я в отчаянии, по щекам слезы, я смотрю в сторону громил, и хочется кричать. Иду за ним, в пол смотрю, слезы не унимаются, а он идёт такой важной своей походной, весь такой уверенный, даже слишком, поворачивается ко мне, берет за руку, рука его тёплая такая, большая, сильная.