Обзор судебной практики Верховного суда РФ за 2011 год. Том 10

сообщил, что ни он, ни его родители не имеют средств на оплату услуг адвоката, который мог бы оказать ему помощь.

Кроме того, в ходатайстве от 12 апреля 2007 г., которое поступило в Верховный Суд РФ после заседания суда кассационной инстанции, Г. указывал, что ему требуется юридическая помощь и просил назначить защитника.

Кассационное рассмотрение уголовного дела состоялось 18 апреля 2007 г. и проходило с участием прокурора, а также названных осужденных, но в отсутствие адвокатов. Данных о том, что Г.

При таких обстоятельствах при кассационном рассмотрении дела было нарушено право осужденных Г. и С. на защиту.

Президиум отменил кассационное определение от 18 апреля 2007 г. в отношении Г. и С. и передал уголовное дело на новое кассационное рассмотрение.

Постановление Президиума

Верховного Суда РФ N 444П10пр

8. Судья обоснованно возвратил уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом (тексты обвинительного заключения переданы обвиняемым на электронном носителе информации).

Постановлением судьи уголовное дело в отношении Р. и других, обвиняемых в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 159, ч. 1 ст. 210, ч. 3 ст. 174.1 УК РФ, возвращено прокурору области для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Направляя дело прокурору, суд в постановлении указал, что органами предварительного следствия нарушены права обвиняемых, которым не вручены копии обвинительного заключения, что является препятствием для рассмотрения дела судом.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ оставила постановление судьи без изменения, а кассационное представление и кассационные жалобы – без удовлетворения.

Судебная коллегия указала следующее.

В соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору, если копия обвинительного заключения или обвинительного акта не была вручена обвиняемому.

Как установлено судом, подсудимым не были вручены копии машинописного текста обвинительного заключения в полном объеме (подсудимому Р. первоначально из 84 томов обвинительного заключения было вручено лишь 8 томов), а весь текст обвинительного заключения был передан на электронном носителе информации, что не предусмотрено уголовно-процессуальным законом.