Милая женушка

 – А я-то гадала, что с ним случилось…

Аарон случился. Впрочем, хватит болтать.

– Мне пора обратно в дом.

Но не успела Лайла пройти и двух шагов, как Кэсси снова подала голос:

– Хорошо выглядишь. Работаешь сегодня?

– Сегодня и ежедневно. – На прошлой неделе один из коллег Аарона занес ему что-то домой и пошутил о том, что Лайла почти не работает, а потом попытался затушевать это какой-то околесицей, что ей не требуется работать. Его скрипучий гнусавый голос до сих пор звучал у нее в ушах.

Трудоустройство – одно из ее больных мест, а Кэсси только дай найти обнаженный нерв; уж она не преминет на нем попрыгать. – Впрочем, да, надо кое-что изучить.

– Должно быть, очень интересно проверять разные дома. Заглядывать внутрь и видеть, что там происходит на самом деле…

Должна же она чувствовать, что разговор чересчур затянулся, правда? У Лайлы в голове не укладывалось, что Кэсси этого не улавливает… и не видит, как она пытается улизнуть.

Тревога, с которой Лайла боролась десятилетиями, снова дала о себе знать. Ее самоконтроль трещал по швам, водоворот эмоций рвался наружу. Ей нужно было оказаться подальше от людей. Вести разговоры на своих собственных условиях.

Она поднаторела в искусстве напускного благорасположения, когда на самом деле паника в душе выходила на высокие обороты. Начинала говорить тише, медленнее, чтобы казаться владеющей собой. Концентрировалась на руках, чтобы скрыть, как они дрожат.

Но сейчас ей не светит награда за актерское мастерство. Она исчерпала все резервы, позволяющие разыгрывать поведение, которого все от нее ждут. Слишком много стрессов.

Она вытащила сотовый из кармана, чтобы снова посмотреть на него. По-прежнему никаких звонков. Никакого благовидного предлога, чтобы уклониться от разговора.

Почему же до сих пор не звонят? Почему так долго?

– Ты, наверное, постоянно на телефоне, – Кэсси позволила реплике повиснуть в воздухе, но когда Лайла не отозвалась, сама ринулась заполнять паузу.

 – В смысле, как агент по недвижимости. Ты все время на связи, правда?

– Это действительно так.

Она может работать, сколько пожелает. В этом он ей не отказывал… по крайней мере, так утверждал Аарон. Он ходил на работу, преподавая у очумевших от гормонов старшеклассников, считающих «матешу» наказанием, а она сидела дома.