Эпоха Ворона 2. Сын Ворона

Её делали из толчёной ивовой коры, сока свежих листьев крапивы и небольшого количества сливочного масла. Такая мазь действовала как обезболивающее, быстро останавливала кровотечение и способствовала заживлению ран. Один из кусков ткани в арсенале татуировщика был пропитан ею, а второй предназначался для того, чтобы просто вытирать краску и кровь, сочащуюся из ранки.

Мастер выбирал место для удара на предплечье своей «жертвы», макал долото в краску и, приставив его к коже, наносил удар молоточком по рукояти.

Получалась небольшая рана с краской внутри. Затем он вытирал края раны куском ткани, обрабатывал её вторым куском с мазью и продолжал наносить рисунок.

Судя по выражению лица Эмы, процесс был довольно болезненным, но терпимым.

Аи работал споро и закончил рисунок примерно за двадцать минут. Затем он снова покрыл весь участок кожи, на который была нанесена татуировка, слоем мази и перевязал предплечье моей жены принесённым с собой бинтом.

– Твоя очередь, господин! – бросил он мне, как только гномиха поднялась со стула.

– А ты уверен, что в состоянии сделать две татуировки не отдыхая? – с сомнением в голосе спросил его я.

– Обижаешь, повелитель! – насупился старик. – Я как-то сделал пять таких рисунков за раз! А тут всего два! Садись уже, Рино!

Послушавшись пожилого гнома, я закатал правый рукав и уселся на табурет рядом с ним.

– Кожа нежная, как у младенца! – погладил меня по руке молотобоец. – Даже мягче, чем у твоей жены…

– Вместо того чтобы со мной заигрывать, лучше бы делом занялся! – пробурчал я, немного смутившись от подобного заявления.

 – Что ты хочешь? Я же только вчера заново родился!

– А я ничего и не хочу! – развёл руками Аи. – Ты вообще не в моём вкусе! Борода слишком густая. Да и женат к тому же.

– Надеюсь, ты шутишь! – выпучил глаза я.

– Конечно шучу! – прыснул он. – Я, по-твоему, Лодри, что ли?

– А при чём здесь принц? – не понял я.

– А при том, что он девушек не любит! – усмехнулся старик.

 – Так про него в народе говорят. А ещё болтают, что у него даже фаворит есть, Финном зовут.

– Вот это да! – прикрыл рот ладонью я. – В таком случае получается, что я убил его любовника!

– Убил Финна, фаворита Лодри? – удивился цверг. – Ну ты даёшь! Когда ж ты успел?

– Когда вызволял Пфырфри из замка в Ульфбурге, – ответил я. – Живучий был, гад!

– Живучий, да не настолько, чтобы выжить! – наставительно поднял палец вверх Аи.